Бомбардировка Нагасаки 9 августа 1945 года.

Три дня спустя после варварской бомбардировки мирного населения Хиросимы на аналогичное задание вылетела другая «Суперкрепость» — «Бокс кар» (Bock’s car) под командованием майора Чарльза У. Суини.

Вновь был специально подготовлен и отобран экипаж, но несколько затруднений внесла погода.

Суперкрепость — «Бокс кар» (Bock’s car)


Перед самым вылетом адмирал Пернелл обратился к майору Суини:

— Молодой человек, ты знаешь, сколько стоит эта бомба?
— Знаю, около 25 миллионов долларов.
— Так вот, попытайся, чтобы эти деньги не пропали зря.

Нагасаки


Вторую бомбу («Толстяка»), начиненную плутонием-239, запланировали на 11 августа 1945 года. Сбросить «Толстяка» Тиббетс приказал майору Суини. Так как самолет Суини «The Great Artiste» был оборудован измерительной аппаратурой, то майор должен был лететь на самолете капитана Фрэда Бока («Bock's Car», 44-27297, «89»). Название самолета, буквально переводившееся как «машина Бока», представляло собой игру слов с «Boxcar» — «товарный вагон». Сам Бок должен был лететь на «The Great Artiste». По этой причине в некоторых источниках сообщается, что бомбу сбросил именно «The Great Artiste».

Вечером 7 августа было решено сбросить бомбу раньше. Сначала дату перенесли на 10 августа. Но выяснилось, что погода быстро ухудшается, поэтому срок снова перенесли, на этот раз на 9 августа.

Майора Чарльза У. Суини (Charles W. Sweeney) ждал нелегкий перелет до Японии; погода была плохая. Основная цель была полностью закрыта облаками. Когда самолет достиг второй цели из списка — Нагасаки, горючего оставалось только на один заход. Летчики начали его по приборам, но затем в облаках появился просвет, и бомбардир, капитан Кермит К. Биан (Kermit K. Beahan), смог произвести визуальное бомбометание и атомная бомба «Fat Man» («Толстяк») была сброшена на город Нагасаки.

Эта бомба была мощнее той, что сбросили на Хиросиму; кроме того, по словам офицеров сухопутных войск и ВМС, она была усовершенствована (как именно — военная тайна) настолько, что первую бомбу по сравнению с ней можно считать устаревшей. Взрыв произошел над самой землей, оставив ужасную воронку. Уничтожена была лишь одна квадратная миля территории этого портового города на острове Кюсю, но, по словам специалистов, бомба обладала большей разрушительной силой, чем первая.

Нагасаки основан в 1579 году по совету иезуитов, с призванием стать центром христиан всей Японии.

Флаг Нагасаки

Нагасаки в 1945 году располагался в двух долинах, по которым текли две реки. Горный хребет разделял районы города.

Застройка имела хаотичный характер: из общей площади города (90 км?) жилыми кварталами было застроено 12.

Во время Второй мировой войны город, представлявший собой крупный морской порт, приобрёл особое значение ещё и как промышленный центр, в котором были сосредоточены сталелитейное производство и верфь Мицубиси, торпедное производство Мицубиси-Ураками. В городе изготавливались орудия, корабли и другая боевая техника.

Однако, военные предприятия в Нагасаки не являются оправданием зверского убийства многих тысяч мирных жителей. Тем более, что Нагасаки не было основной целью. Применению ядерного оружия не может быть никакого оправдания. Американцы планомерно и цинично готовили свой эксперимент с ядерным оружием, чтобы на практике увидеть мощь и последствия ядерного оружия. Обезумевшем командованию США важна была не победа, а показ своей вседозволенности и безнаказанности.

Нагасаки не подвергался крупномасштабным бомбардировкам до взрыва атомной бомбы, однако ещё 1 августа 1945 на город было сброшено несколько фугасных бомб, повредивших верфи и доки в юго-западной части города. Бомбы попали также в сталелитейный и орудийный заводы Мицубиси. Результатом рейда 1 августа стала частичная эвакуация населения, особенно школьников. Тем не менее, на момент бомбардировки население города всё ещё составляло около 200 тысяч человек

Основной целью второй американской ядерной бомбардировки была Кокура, запасной — Нагасаки.

Стимсон, запретивший уничтожить Киото, молчаливо согласился с решением сбросить бомбу на Нагасаки, — несмотря на то, что при этом, сообщает Гровс, попадали “в зону непосредственного действия взрыва” несколько сотен находившихся здесь в лагере военнопленных солдат и офицеров США и Великобритании! “Несколько сотен...” Есть все основания усомниться в этом указанном Гровсом количестве погибших военнопленных в Нагасаки, ибо точно установлено, что всего в японском плену находились тогда 99324 военнослужащих “союзников”, и 25855 из них не вернулись после войны. Едва ли на небольшой территории Японии были многочисленные лагеря, рассчитанные всего на несколько сотен военнопленных (ведь если в одном лагере содержалось 500 человек, пришлось бы создать 200 лагерей...)

2:47  9 августа 1945 г. — американский бомбардировщик B-29 «Бокс кар» под командованием майора Чарльза Суини, нёсший на борту атомную бомбу, взлетел с острова Тиниан.

В отличие от первой бомбардировки, вторая была сопряжена с многочисленными техническими неполадками. Ещё до взлёта была обнаружена неполадка топливного насоса в одном из запасных баков с горючим. Несмотря на это, экипаж принял решение провести вылет как запланировано.

Когда «Бокс кар» оторвался от земли и набрал высоту, Эшуорт успокоился и спустился в бомбовый отсек, где стал готовить «Толстяка» к взрыву. Он заметил, что кто-то приклеил на корпус бомбы фотографию киноактрисы Риты Хейворт и написал несколько посланий, адресованных японскому императору.

Эшуорт вытащил из носовой части бомбы зеленую пробку и вставил на ее место красную. Бомба была вооружена.

Внезапно он заметил красный мигающий индикатор на «Толстяке». Это означало, что сработал один из четырех взрывателей, установленных на бомбе, причем какой именно — узнать было невозможно. Один взрыватель должен был привести бомбу в действие, если самолет опустится до высоты 500 метров, второй должен был взорвать «Толстяка» на определенной высоте после того, как его сбросят с самолета, третий приводил в действие бомбу после того, как она падала на землю.

Ни один из этих взрывателей не вызывал опасений Эшуорта — если бы они сработали, то от бомбардировщика уже ничего не осталось бы. Он боялся четвертого. Тот должен был сработать через 52 секунды после того, как загорится та самая лампочка, которую увидел летчик. Однако еще до того, как прошло это время, один из пилотов заметил, что кто-то задел переключатель на панели, отвечающий за сброс «Тостяка». Бомба не упала, так как были закрыты бомболюки. Выключатель вернули в исходное положение, и лампочка погасла.

7:50 9 августа 1945 г. — в Нагасаки была объявлена воздушная тревога.

8:10 9 августа 1945 г. -  после выхода к точке рандеву с другими B-29, участвовавшими в вылете, было обнаружено отсутствие одного из них. В течение 40 минут В-29 Суини описывал круги вокруг точки рандеву, но так и не дождался появления отсутствовавшего самолёта. В это же время самолёты-разведчики доложили, что облачность над Кокурой и Нагасаки, хотя и присутствует, всё же позволяет провести бомбометание при визуальном контроле.

8:30 9 августа 1945 г. – отмена воздушной тревоги в Нагасаки. Люди вышли из убежищ.

8:50 9 августа 1945 г. — В-29, нёсший атомную бомбу, направился к Кокуре.

9:20 9 августа 1945 г. — В-29 прибыл к месту бомбардировки – г. Кокура. К этому моменту, однако, над городом наблюдалась уже 70 % облачность, что не позволяло провести визуальное бомбометание.

Было сделано три захода с разных направлений, но бомбардир Биан сообщил, что не может бомбить визуально. Бортинженер Кухарек доложил, что 600 галлонов горючего из дополнительного бака в бомбовом отсеке не перекачиваются из-за неполадки топливного насоса.

Посоветовавшись с Эшуортом, Суини развернулся на Нагасаки, надеясь, что там погода лучше.

10:32 9 августа 1945 г. — В-29 «Бокс кар» взял курс на Нагасаки, горючего хватало только на один проход над Нагасаки.

10:53 9 августа 1945 г. — два B-29 попали в поле видимости, но японцы приняли их за разведывательные и не объявили новой тревоги.

Еще при подлете обсуждались варианты, как поступить с грузом, если над городом будут тучи — в приказе говорилось, что сбросить бомбу необходимо только с высоты девяти километров в случае, если цель будет хорошо видна.

Командир в качестве альтернативы предложил экипажу прыгнуть с парашютами, чтобы он в одиночку смог спикировать до высоты 500 метров и взорваться вместе с «Толстяком». Экипаж, правда, отказался покидать машину — после взрыва в Хиросиме японцы никого из них не оставили бы в живых. Каждому из 13 летчиков перед полетом выдали по капсуле с цианистым калием на случай, если их возьмут в плен.

10:56 9 августа 1945 г. — В-29 прибыл к Нагасаки, который также был закрыт облаками. Когда они подошли, город был укрыт облачностью на девять десятых с очень редкими просветами. Эшуорт и Суини вопреки приказу решили предпринять бомбометание по радару. Несмотря на риск, связанный со взведенной бомбой на борту, им было приказано в случае невозможности бомбить визуально доставить ее обратно. Ниигата, их третья цель, была слишком далеко, особенно принимая во внимание уменьшение запасов топлива. Никому не хотелось садиться на воду в Восточно-Китайском море или приземляться на Окинаве, ближайшей своей базе, со взведенным “Толстяком” на борту.

“Мы начали заход [на Нaгaсaки]," — вспоминал Оливи, — «но Биан не видел зоны цели [район города к востоку от порта]. Вaн Пeлт, штурман, проверял по радару, над тем ли мы городом, и по всему выходило, что нам придется бросать бомбу автоматически, по радару. В последние несколько секунд, как на разборе Биан сказал Тиббетсу, он “видел точку прицеливания; с ней не было никаких проблем. Я навел перекрестье на нее; убрал отклонение; убрал дрейф. Бомбе пора выходить.»

11:00  9 августа 1945 г. — наблюдательный B-29 сбросил на трёх парашютах блок с измерительной аппаратурой.

11:00  9 августа 1945 г. — в последний момент бомбардир-наводчик капитан Кермит Биан в просвете между облаками заметил силуэт городского стадиона, ориентируясь на который он произвёл сброс атомной бомбы.

11:02  9 августа 1945 г. — на высоте около 500 метров произошел взрыв мощностью около 21 килотонны.

«Внезапно случилась бриллиантовая вспышка, как вспышка фотографической магнезии. Затем с оглушительным стуком пришла взрывная волна, и я почувствовал, будто меня ударили по внутренностям... Мир погрузился в черноту» — Ф.Дж. Джонсон, австралийский военнопленный, Нагасаки.

Когда Биан крикнул: “Сброс!” по интеркому, Суини бросил В-29 в крутой 60- градусный левый вираж и развернул его на 150°, унося ноги, как они отрабатывали множество раз прежде. Примерно через 50 секунд после сброса яркая вспышка осветила кабину, где все одели темные очки. «Это было ярче солнца,» вспоминал Оливи, «даже сквозь мои очки “Полароид”. Я видел разгорающиеся пожары, а также пыль и дым, разносимые во всех направлениях. Отвратительный гриб начал расти из центра. Он увеличивался и разрастался точно в сторону нашего B-29.

“Сразу после взрыва мы ринулись вниз прочь от радиоактивного облака. Нас тряхнуло тремя раздельными ударными волнами, первая из которых была самой суровой. Когда грибообразное облако росло в нашу сторону, из него вырывалось яркое пламя нездорово-розового цвета. Будто из глубины желудка меня охватывало чувство, что облако поглотит нас. Нас многократно предупреждали o возможности радиоактивного заражения, если в него залететь.”

“Я думаю, в действительности грибообразному облаку не хватило около 125 ярдов, когда мы начали отрываться от него. Все инструктажи и тренировки по тактике отхода, которые мы проходили, теперь приобрели особое значение.» Репортер Лоуренс, летевший рядом на “Грейт Артист”, был скован трепетом перед разыгравшейся сценой. «Мы смотрели на огромный столб пурпурного огня в 10 000 футов высоты, взметнувшийся вверх как метеор, взлетающий с земли вместо того, чтобы падать из космоса,» — написал он позднее в своей завоевавшей премию книге “Рассвет над Зеро”. "Это больше не был дым, пыль или огненное облако. Это было живое существо, новый образец бытия, рожденный прямо перед нашими пораженными глазами.”

“Пока мы наблюдали, из верхней части вырвался на 45 000 футов гигантский гриб, верх гриба казался даже более живым, чем столб, он кипел и бурлил кремовой пеной, тысячи гейзеров соединились в один. Он продолжал биться в первобытной ярости, будто существо, разрывающее оковы, которые его держат.

"Когда мы видели его в последний раз, он приобрел форму цветка с изогнутыми вниз гигантскими лепестками, кремово-белыми снаружи, розовыми внутри. Кипящий столб превратился в гигантскую гору перемешавшихся радуг. Эти радуги будто состояли из живой субстанции.” Майор Хопкинс увидел колонну дыма за 100 миль и пошел к ней. Однако местность была полностью закрыта облаками и дымом, так что разрушения на земле оценить было невозможно.

Суини сделал один широкий облет грибообразного облака, затем пошел на Тиниан. Теперь они столкнулись с другой опасностью. Катастрофически не хватало топлива. Они взяли курс на Окинаву, все свободные от обязанностей столпились около топливомера у Кухарека на приборной панели бортинженера. Суини поставил винты на экономичный низкооборотистый режим и отвел ручку
качества топливной смеси настолько назад, в сторону убеднения, насколько хватило смелости, одновременно снизившись; он вычислил, что они все равно не дотянут примерно миль 50 до острова. Даже когда они увидели Йонтан Филд, все еще казалось, что машина опустится на воду, не дотянув до полосы. Пока Суини тянул к аэродрому, Элбюри запросил у вышки разрешение на посадку и инструкции. Ответа не последовало. Тогда он стал передавать сигнал “Мэйдей”, а Суини приказал Ван Пелту и Оливи выпустиь все имеющиеся на борту аварийные ракеты. Казалось, и на это никто не обращал внимания. В отчаянии Суини схватил микрофон и крикнул: “Я сыплюсь прямо на вас!” "Кто-то все-таки получил наше сообщение,” вспоминал Оливи, «потому что когда мы вышли на глиссаду, было видно аварийные команды, мчащиеся к полосе. Горючки у нас было на один заход, так что если бы мы с него не сели, полет закончился бы в океане.”

“Суини зашел слишком высоко и быстро, очень быстро. Нормальная посадочная скорость B-29 составляет примерно 130 миль/час. Мы проскочили примерно полполосы, прежде чем коснулись на опасной скорости около 150 миль/час, с практически пустыми баками.

Когда машина коснулась полосы, ее начало уводить влево и мы почти врезались в шеренгу В-24, выстроенных вдоль действующей полосы. Наконец Суини обуздал самолет, а когда мы съезжали с полосы, двигатель №2 заглох. Санитарка, штабные машины, джипы и пожарные машины быстро окружили нас, пока горстка измученных, но счастливых быть в целости на земле людей выбиралась из самолета.»

И еще описание этих событий специалистом по вооружению капитаном Ф.Л. Эшуортом, входившим в команду техсопровождения бомбы и ответственного за успешное бомбометание в должное время и над намеченной целью:

«Ночью нашего вылета бил шквал с дождем, и вспышки молний сверкали в темноте с обескураживающей непрерывностью. Прогноз погоды предвещал шторм на всем пути от Марианских островов до Империи. Наше место встречи отодвинулось до юго-восточного побережья о-ва Кюсю, где-то в 1500 милях пути. Там мы должны были сойтись с двумя сопровождающими наблюдательными B-29, взлетевшими несколькими минутами после нас. Искусный пилотаж и отличная навигация позволили нам добраться до точки встречи без инцидентов.»

«Через примерно 5 минут после нашего прибытия, мы встретили первый сопровождающий B-29. Тем временем другой запоздал с подлетом, видимо сбившись с курса во время ночного шторма. Мы ждали 30 минут и затем направились без второго наблюдательного самолета к району цели.»

«Во время подлета к цели специально установленное в самолете оборудование сообщило о готовности бомбы к функционированию. Мы подготавливались сбросить вторую атомную бомбу на Японию. Но рок был против нас, цель была полностью скрыта в дымке и тумане. Три раза мы пытались выполнить бомбометание, безуспешно. Затем открылся зенитный огонь, несколько вражеских истребителей поднялись за нами и мы отправились к запасной цели — Нагасаки.»

Так, каприз погоды спас город Кокуру от полного разрушения. Но у командования США было много запасных вариантов, и одним из них стал Нагасаки.

«Взрыв бомбы сопровождался ослепительной вспышкой и огромным столбом черного дыма, поднимавшегося навстречу нам. Вне этого столба дым клубился колоссальным завивающимся грибом серого цвета, залитым красным светом, всполохами огня, и достигшим высоты в 40 000 футов менее чем за 8 минут. Ниже облаков, мы могли видеть черный дым, опоясавший вместе с пожарами промышленный район Нагасаки.»

«К тому моменту уровень топлива стал угрожающе низким, так что, сделав один круг вокруг Нагасаки, мы отправились прямо на Окинаву для экстренной посадки и дозаправки».

Макет бомбы «Толстяк», сброшенной на Нагасаки


Масса бомбы «Толстяк» – 4,6 тонны, длина – 3,25 м, диаметр – 1,52 м.

Судьба Нагасаки решена


Нагасаки до и после атомного взрыва



Летающая крепость B-29 «Bockscar» на выставке в музее Wright- Patterson Air Force museum


Экипаж В-29 «Бокскар». Задний ряд слева направо — капитан Биан, капитан Ван Пелт, Капитан Элбари, лейтенант Оливи, майор Суини. Сидят слева направо — штаб-сержант Бакли, мастер-сержант Куарек, сержант Галлахер, штаб-сержант Деарт, сержант. Спитцер


Экипаж самолёта 9 августа 1945 года состоял из тринадцати человек:

1. Командир экипажа. Майор Чарльз Суини (в 1945 — 25 лет) (Charles W. Sweeney) (27 декабря 1919 — 16 июля 2004). Генерал-майор ВВС США. Участвовал в обеих атомных бомбардировках Японии в 1945 году (во время налета на Хиросиму находился в самолете наблюдения). Бомба сброшенная на Нагасаки была первой бомбой, которую Суини когда-либо сбрасывал на вражескую цель.

"Я лучше предстану перед японцами, чем перед Тиббетсом, совершив какую-нибудь дурацкую ошибку.”

2. Второй пилот. Капитан Чарльз Дональд Элбари (в 1945 — 24 года) (Charles Donald Albury) (12 октября 1920 – 23 мая 2009).

3. Третий пилот. Лейтенант Фред Оливи (в 1945 — 23 года) (Fred Olivi) (16 января 1922 — 8 апреля 2004).

«Хотя погибли тысячи людей, я уверен, что бомбу надо было сбросить, поскольку если бы американцам пришлось начать вторжение в Японию, это было бы смертоубийством. Мы бы потеряли миллионы людей, как союзников, так и японцев».

4. Штурман. Капитан Джеймс ван Пелт (в 1945 — 27 лет) (James van Pelt) (7 июля 1918 — 10 декабря 1994).

5. Бомбардир. Капитан Кермит К. Биан (в 1945 — 27 лет) (Kermit К. Beahan) (9 августа 1918 – 9 марта 1989). Подполковник.

6. Бортинженер. Мастер-сержант Джон Д. Куарек (в 1945 — 31 год) (John D. Kuharek). (3 апреля 1914 – 24 апреля 2001).

7. Специалист по атомной бомбе. Капитан 2-го ранга Фредерик Л. Эшуорт (в 1945 — 33 года) (Frederick L. Ashworth) (24 января 1912 — 3 декабря, 2005). Вице-адмирал.

8. Ассистент специалиста по атомной бомбе. Лейтенант Филипп Барнс (Philip Barnes). Умер в 1982.

9. Специалист по противорадарной борьбе. Лейтенант Джекоб Безер (в 1945 — 24 года) (Jacob Beser) (15 марта 1921 – 16 июня 1992). Лейтенант. Единственный член экипажа, участвовавший также в атомной бомбардировке Хиросимы и Нагасаки.

10. Оператор радара. Штаб-сержант Эдвард Бакли (Edward Buckley). Умер в 1981.

11. Хвостовой стрелок. Сержант Альберт Деарт (Albert Dehart). Умер в 1984.

12. Ассистент бортинженера. Штаб-сержант Рей Галлахер (в 1945 — 23 года) (Ray Gallagher). (19 октября 1921 – 2 мая 1999).


13. Радист. Сержант Эйб Спитцер (в 1945 — 33 года) (Abe Spitzer). Умер в 72 года (1984).

Наскоро нацеленная бомба взорвалась почти посредине между двумя основными целями в Нагасаки, сталелитейными и орудийными производствами Мицубиси на юге и торпедным заводом Мицубиси-Ураками на севере. Если бы бомба была сброшена дальше к югу, деловым и жилым районам Нагасаки был бы нанесён намного больший урон.

В целом, хотя мощность атомного взрыва в Нагасаки была больше, чем в Хиросиме, разрушительный эффект от взрыва оказался меньше. Этому способствовала комбинация факторов — наличие холмов в Нагасаки, а также то, что эпицентр взрыва находился над промзоной — всё это помогло защитить некоторые районы города от последствий взрыва.

Из воспоминаний Сумитэру Танигути, которому в момент взрыва было 16 лет:

Меня сбило на землю (с велосипеда)

Земля содрогалась так сильно, что я лёг на её поверхность и держался так, чтобы не быть снова сбитым с ног. Когда я взглянул вверх, здания вокруг меня были полностью разрушены. Детей, игравших неподалёку, сдуло, как если б они были просто пылью. Я решил, что поблизости была сброшена большая бомба, и меня поразил страх смерти. Но я продолжал твердить себе, что не должен умирать.

Когда, казалось, всё улеглось, я поднялся и обнаружил, что моя левая рука целиком обгорела и кожа свисает с неё как изодранные лохмотья. Я дотронулся до спины и обнаружил, что она также сожжена. Она была склизкой и покрыта чем-то чёрным.

Мой велосипед был изогнут и скручен до потери формы, корпус, руль и всё прочее, будто спагетти. Все дома поблизости были разрушены, и на их месте и на горе вспыхнуло пламя. Дети вдалеке были все мертвы: некоторых сожгло до золы, другие, казалось, не имели ран…

Когда пришла ночь, выживших на земле обстрелял самолёт американских воздушных сил. Они могли видеть людей в свете пересекавших город пожаров. Несколько шальных пуль ударили в камень, находившийся за мной, и упали на траву. Американские воздушные силы были неумолимы. Они всё ещё жаждали атаковать людей, уже испытавших то, что я могу описать только как ад.

Нагасаки через 6 недель после бомбардировки, 24 сентября 1945 года


Атомный взрыв над Нагасаки затронул район площадью примерно 110 км?, из которых 22 приходится на водную поверхность и 84 были заселены только частично.

Согласно отчёту префектуры Нагасаки, «люди и животные погибли почти мгновенно» на расстоянии до 1 км от эпицентра. Почти все дома в радиусе 2 км были разрушены, и сухие, возгорающиеся материалы, такие как бумага, воспламенялись на расстоянии до 3 км от эпицентра. Из 52 000 зданий в Нагасаки 14 000 были разрушены и ещё 5 400 — серьёзно повреждены. Только 12 % зданий остались неповреждёнными. Хотя в городе не возникло огненного смерча, наблюдались многочисленные локальные пожары.

Количество погибших к концу 1945 года составило от 60 до 80 тысяч человек. По истечении 5 лет, общее количество погибших, с учётом умерших от рака и других долгосрочных воздействий взрыва, могло достичь или даже превысить 140 000 человек.

Правительство США ожидало, что ещё одна атомная бомба будет готова к использованию в середине августа, и ещё по три — в сентябре и октябре. 10 августа Лесли Гровс, военный директор Манхэттенского проекта, направил меморандум Джорджу Маршаллу, Начальнику штаба армии США, в котором он написал что «следующая бомба… должна быть готова к применению после 17 — 18 августа.» В тот же день, Маршалл подписал меморандум, с комментарием, что «Она не должна быть применена против Японии до тех пор, пока не будет получено прямое одобрение Президента.» В то же время, в Министерстве обороны США уже началось обсуждение целесообразности отложить использование бомб вплоть до начала Операции «Даунфол» — ожидаемого вторжения на Японские острова.

«Проблема, перед которой мы стоим сейчас [13 августа], — это надо ли, предполагая, что японцы не капитулируют, продолжать сбрасывать бомбы по мере их производства, или накапливать их с тем, чтобы затем сбросить все в короткий интервал времени. Не все в один день, но в течение довольно короткого времени. Это также связано с вопросом о том, какие цели мы преследуем. Другими словами, не должны ли мы концентрироваться на целях, удары по которым в наибольшей степени помогут вторжению, а не на промышленности, боевом духе войск, психологии и т. п.? В большей степени тактические цели, а не какие-то другие.»

Вплоть до 9 августа военный кабинет Японии продолжал настаивать на 4 условиях капитуляции. Утром 9 августа почти одновременно пришли известия об объявлении войны Советским Союзом вечером 8 августа и об атомной бомбардировке Нагасаки. На заседании «большой шестерки», состоявшемся в ночь на 10 августа, голоса по вопросу о капитуляции разделились поровну (3 «за», 3 «против»), после чего в обсуждение вмешался император, высказавшись за капитуляцию. 10 августа 1945 года Япония передала предложение о капитуляции союзникам, единственным условием которого было сохранение императора номинальным главой государства.

Поскольку условия капитуляции допускали сохранение императорской власти в Японии, 14 августа Хирохито записал своё заявление о капитуляции, которое было распространено японскими СМИ на следующий день, несмотря на попытку военного переворота, предпринятую противниками капитуляции.

10 августа 1945 г. — Япония официально заявляет о готовности принять Потсдамские условия капитуляции с оговоркой относительно сохранения структуры императорской власти в стране.

10 августа 1945 г. — телеграмма генерал-лейтенанта Гровса начальнику штаба американской армии генералу Маршаллу. В ней сообщалось, что следующая атомная бомба того же типа, что и сброшенная на Нагасаки, изготовлена на четыре дня раньше срока и может быть доставлена на о. Тиниан 12-13 августа. При благоприятных погодных условиях бомба может быть сброшена на Японию 17 или 18 августа. В телеграмме не был назван объект бомбардировки, очевидно, это должна была быть Кокура.

11 августа 1945 г. —  США отвергает японскую поправку, настаивая на формуле Потсдамской конференции.

14 августа 1945 г. —  Япония официально принимает условия безоговорочной капитуляции и сообщает об этом союзникам.

15 августа 1945 г. — президент Трумэн направил И.В.Сталину письмо о деталях капитуляции Японии.

16 августа1945 г. — генерал Макартур подписал этот приказ, означавший окончание Второй мировой войны.

21 августа 1945 г. — профессор Охаси представил правительству доклад, в котором делался вывод, что рвота, кровавый понос, от которых страдали многие жители Хиросимы и Нагасаки, представляет собой не эпидемию дизентерии, как считали местные врачи, а симптомы лучевой болезни. В это время правдивые сведения о последствиях атомных бомбардировок стали появляться в японской прессе.

31 августа 1945 г. — «Асахи» писала — «Хиросима – город смерти. Даже люди, оставшиеся невредимыми при взрыве продолжают умирать».

2 сентября 1945 г. —  подписание Акта о капитуляции Японии.

Начальник штаба президента США адмирал Уильям Леги: «По моему мнению, применение этого варварского оружия в Хиросиме и Нагасаки не оказало существенной помощи в нашей войне против Японии. Японцы были уже побеждены и готовы сдаться. Лично я считаю, что, применив его первыми, мы тем самым приняли этический стандарт, характерный для варваров средневековья. Меня не учили вести войну подобным образом, и войну нельзя выиграть, уничтожая женщин и детей».

Руководитель Манхэттенского проекта- программы создания в США атомной бомбы Лесли Гровс


«Это величайшее дело в истории!» — Президент США Г. Трумэн.

1945 г. — Трумэн на приеме сказал командиру самолёта Энола Гэй Полу Тиббетсу: «Никогда не испытывайте чувства вины. Это мое решение. Вы солдат и у вас не было выбора».

«Именно мне пришлось решать, где и когда следовало применить атомную бомбу. Пусть люди не обманываются: я всегда считал эту бомбу военным оружием, и я никогда не сомневался в том, что её применение — мой долг. Самые высшие военные советники президента рекомендовали её применение, и, когда я посоветовался по этому делу с Черчиллем, тот без колебаний сказал, что он стоит за применение атомной бомбы, если это может ускорить окончание войны».

3 сентября 1945 г. — на другой день после капитуляции Японии, генерал Т.Феррел (зам. руководителя Манхеттенского проекта) заявил журналистам: «Все кому выпало умереть -умерли. И от последствий взрывов в Хиросиме и Нагасаки больше не страдает никто».

8-9 сентября 1945 г. — предварительные инспекции Хиросимы.

13-14 сентября 1945 г. — предварительные инспекции Нагасаки.

Представители прессы получили разрешение сопровождать Фарелла в Хиросиме. Специалисты провели 16 дней в Нагасаки и 4 дня в Хиросиме, в течение этого времени они собрали столько данных, сколько это было возможно в связи с директивами по написанию немедленного отчета. После возвращения генерала Фарелла в США для составления  предварительного доклада, группу возглавил бригадный  генерал Ньюман. Более всесторонний обзор был сделан спустя некоторое время другими ведомствами, имевшими больше времени и сотрудников для этой цели и большая часть их дополнительной информации пролила дополнительный свет на последствия бомбардировок.

Японским врачам, впервые столкнувшимся с проявлениями  лучевой болезни приходилось самостоятельно разбираться в ее причинах.

Середина сентября 1945 г. — с приходом оккупационных властей всякое упоминание о жертвах атомных взрывов исчезло из печати на семь лет.

Неподалеку от Хиросимы в Удзине группа японских медиков оборудовала госпиталь для пострадавших. Главным  врачом стал профессор Охаси. Здесь накапливалось все больше данных о том, что лучевая болезнь представляет собой, прежде всего прогрессирующее поражение костного мозга и крови.

14 октября 1945 г. — в госпиталь нагрянула военная полиция. Госпиталь был закрыт, истории болезней конфискованы и отправлены в США. С японскими кинематографистами оккупационные власти поступили также. Сначала не мешали вести съемки, а потом отобрали весь отснятый материал. Очевидно, американцы умышленно использовали японских специалистов для сбора данных в зараженных районах. Впоследствии двое врачей долгое время  работавших в Хиросиме и Нагасаки умерли от белокровия.

18 ноября 1946 г. — министр обороны США Форрестол направил президенту Трумэну послание, в котором предложил создать в Хиросиме и Нагасаки научный центр по изучению воздействия  атомных взрывов на человеческий организм.

Середина 1947 г. — мэру Хиросимы объявили, что правительство США решило разместить в городе персонал Комиссии по изучению последствий атомных взрывов. Была открыта специальная клиника в которой проводили обследование пострадавших от атомного взрыва. Некоторых уговаривали остаться в стационаре, но вскоре было замечено, что все оставшиеся через непродолжительное время умирали от лучевой болезни. Роль стационара состояла в том, чтобы поставлять трупы для анатомического исследования. Да и вся клиника занималась только исследованиями, а не лечением больных, врачи не давали даже советов.

Исследования велись по нескольким программам. Во-первых, изучалось влияние радиации на наследственность. В течение 5 лет было обследовано 75 тыс. молодоженов имевших детей. Темой программы ПЕ-49 было изучение детей находившихся в момент взрыва на расстоянии менее 1000м. от эпицентра. По программе ПЕ-52 обследовались женщины, находившиеся в августе 1945 г. на третьем месяце беременности. Существовала и другая классификация направлений исследований: ХЕ-39 – рак крови, ОГ-31 – бесплодие, СУ-59 – коллоидные шрамы от ожогов и т.д.

8 мая 1964 г. — празднуя своё 80-летие, Трумэн заявил представителям печати: «Я направил японцам предупреждение о том, что мы располагаем самой мощной взрывной и разрушающей силой в мире». Какие претензии могут быть после этого к президенту Трумэну?

Роберт Оппенгеймер, сказал президенту что после варварских бомбардировок японских городов он и его коллеги ощущают «кровь на своих руках» на что Трумэн ответил: «Ничего, это легко смывается водой».

Если первую бомбардировку еще можно объяснять стремлением добиться скорейшей капитуляции врага (хотя сам Гровс признал, что главное было в “оправдании” гигантских финансовых затрат), то вторая была призвана доказать эффективность плутониевой — значительно менее дорогостоящей — бомбы...

Наращивание ядерного потенциала США в период обладания ими атомной монополии характеризуется следующими показателями:

1946 год — девять ядерных авиабомб общей мощностью 180 кт,

1947 год — 13 ядерных авиабомб и 260 кт,

1948 год — 50 ядерных авиабомб общей мощностью 1,25 мт,

1949 год — 170 бомб и 4,19 мт.

Цутому Ямагути, скончавшийся 4 января 2010 года в возрасте 93 лет, был единственным в мире человеком, которого японское правительство официально признало присутствовавшим в обоих городах во время атомных взрывов.

В августе 1945 года, в день, когда американский бомбардировщик сбросил на Хиросиму бомбу, Ямагути находился в городе с деловыми целями. Получив тяжелые ожоги, бизнесмен провел в Хиросиме ночь, а затем вернулся в свой родной Нагасаки, который спустя три дня также подвергся атомной бомбардировке авиацией США.

В общей сложности он облучился четыре раза: 6 августа во время взрыва в Хиросиме, тогда он оказался в трех километрах от эпицентра взрыва. На следующий день во время посадки в эвакуационный поезд в Хиросиме он во второй раз оказался рядом с эпицентром взрыва — на этот раз всего в двух километрах. Вернувшись в родной Нагасаки, Ямагути попал под облучение от второго взрыва ядерной бомбы, сброшенной на этот город 9 августа 1945 года. Четвертое облучение он получил 13 августа, когда вновь оказался в Нагасаки.

Использованы материалы:

wikipedia.org

ru.wikipedia.org

hirosima.scepsis.ru

wunderwaffe.narod.ru

ljpoisk.ru

strana-rosatom.ru

rocketpolk44.narod.ru

lenta.ru

liveinternet.ru

Tags:

Эта статья была опубликована: Вторник, августа 9, 2011 в 10:19 в категории Войны. Вы можете читать любые ответы через RSS 2.0 feed. You can leave a response, or trackback from your own site.

Ваш комментарий

Имя (*)
email (*)
вебсайт
Комментарий
Перед отправкой формы:
Human test by Not Captcha