Курск. Как это было. Спасение

Автор: admin   
августа 13,
2010

В статье размещена информация о причинах гибели АПЛ «Курск» и о действиях спасателей во время спасательной операции по спасению подводников затонувшей субмарины из книги Вице-адмирала Рязанцева Валерия Дмитриевича «В кильватерном строю за смертью», написанной в 2005 году. Книга посвящена трагедии АПЛ «Курск» и предпосылкам, унесшим жизни 118 человек. На ее страницах дан подробный анализ действий экипажа, флотских начальников и спасателей.

Как это было

По плану К-141 «Курск» выполняла боевое упражнение практическими торпедами с 11 часов 40 минут до 13 часов 40 минут 12 августа. Район, где она маневрировала, из-за малых глубин для совместного плавания атомных подводных лодок и противолодочных надводных кораблей не предназначался.

12 августа.

Около 06 часов 00 минут — подводная лодка «Курск» заняла назначенный «неудобный» район. По радиосвязи командир доложил на командный пункт флота и ТАРКР «Пётр Великий» о готовности выполнять атаку надводных кораблей торпедным оружием.

08 часов 40 минут — подводная лодка всплыла на перископную глубину, приняла целеуказание, о местонахождении отряда боевых кораблей и нанесла по нему условный ракетный удар.

08 часов 45 минут — береговой командный пункт флота получил доклад командира АПЛ «Курск» о выполнении учебной ракетной атаки по ОБК. После этого никаких других сообщений с борта К-141 «Курск» ни на берег, ни на корабли и авиацию флота не поступало. Все разговоры о том, что командир подводной лодки передавал на берег сообщение о неисправности практической торпеды и спрашивал разрешение на ее отстрел — вымысел.

При возникновении на борту атомной подводной лодки аварийной ситуации с каким-либо видом оружия, командир подводной лодки не должен спрашивать старшего начальника на берегу, как ему поступать. Он самостоятельно принимает меры к ликвидации аварии, в том числе и сброс аварийного боезапаса за борт, если это необходимо для безопасности подводной лодки. В случае сброса аварийных боеприпасов, командир АПЛ обязан выполнить два условия:

1) в секторе или районе сброса аварийного оружия не должны находиться посторонние суда, сооружения или люди.

2) аварийный боезапас должен быть приведен в небоеготовое состояние — установочные величины обнулены, а двигатели заглушены.

Экипаж «Курска» аварийного состояния практической торпеды 65-76 ПВ в торпедном аппарате № 4 не заметил, несмотря на то, что нештатная ситуация с ней развивалась порядка 1,5-2,5 часов. Все произошло мгновенно и командир подводной лодки не имел возможности передать на берег какого-либо сообщения об аварии.

Все то, что происходило на борту «Курска» до катастрофы и после нее, в найденной бортовой документации АПЛ не зафиксировано. Документов, которые могли бы точно подтвердить, что та или иная ситуация на подводной лодке развивалась так, а не иначе, нет. Они уничтожены взрывом боевых торпед. К сожалению, на современных атомных подводных лодках нет системы автоматического документирования повседневных событий.

Все происходит дедовским способом — вахтенный офицер и вахтенный центрального поста ручкой записывают в вахтенный журнал все события, команды, доклады, которые происходят за время их вахты. Эти записи зачастую имеют пропуски важных сведений и, в случае необходимости, точно установить, что произошло на подводной лодке, бывает очень трудно. В аварийной ситуации за короткий промежуток времени происходит масса событий, на главный командный пункт поступает огромный объем информации, и вахтенный офицер просто не в состоянии зафиксировать все в вахтенный журнал.

Флотские начальники нашли выход из этой ситуации. Они обязали подводников купить за свой счет портативные магнитофоны для главного командного пункта и включать их на запись во время нештатных ситуаций, практических стрельб, учений.

Из тех записей в бортовой документации «Курска», которые случайно сохранились после катастрофы АПЛ, трудно, но возможно понять, почему произошла трагедия. Недостающие элементы мозаичной картины событий 10-12 августа 2000 года на «Курске» можно найти при одном условии — честно и правдиво расследовать все, что связано с учебно-боевой деятельностью экипажа подводной лодки и должностных лиц флота, которые имели к этому отношение.

В вахтенной документации подводной лодки, которая была найдена на борту затонувшей АПЛ «Курск», имеется собственноручная запись командира боевой минно-торпедной части следующего содержания: «11 августа 2000 года 15 часов 50 минут. Произвели замер давления (роста) в резервуаре окислителя за 12 часов. Давление возросло до 1 кг/см?. Произвели подбивку ВВД (воздух высокого давления — Авт.) в воздушный резервуар до 200кг/ см?».

Подводнику-специалисту эта короткая запись говорит о многом:

1) эта информация относится к перекисной практической торпеде 65-76 ПВ.

2) состояние окислителя этой торпеды длительное время, с 3 по 11 августа 2000 года, было в норме и не вызывало у личного состава каких-либо опасений.

3) в перекисной практической торпеде через неплотности воздушной магистрали имелись микропротечки воздуха высокого давления. Это не является аварийной ситуацией.

В торпедах (боевых и практических) пополнение воздуха высокого давления является обычной технологической операцией. Как автомобилисты перед рейсом проверяют давление в колесах автомобиля, так торпедисты перед стрельбой проверяют давление ВВД в воздушном резервуаре торпеды. При необходимости, воздух в торпеде пополняют. Делается это просто. В горловину торпеды вставляется специальная колонка, открывается запирающий воздушный клапан и через корабельную систему технического воздуха в торпеду нагнетается воздух до нужного давления. Эта технологическая операция проводится с разрешения командира подводной лодки. В обнаруженной вахтенной документации не зафиксировано разрешения командира АПЛ на пополнение ВВД. Не зафиксировано также и время открытия-закрытия запирающего воздушного клапана в торпеде 65-76 ПВ. Имеется запись только о том, что происходила такая работа, как набивка воздуха в воздушный резервуар торпеды до требуемого давления.

Пополнение воздуха в торпедах на сильных окислителях требует особой осторожности и специально обезжиренных инструментов и систем. Обезжиривание торпедного инструмента, воздушных шлангов и систем технического воздуха производится ежегодно под наблюдением корабельной комиссии.

С момента постройки подводной лодки в 1995 году и до 2000 года личный состав перекисные торпеды на АПЛ не эксплуатировал и более трех лет не выполнял стрельбы практическими торпедами.

В имеющемся «Акте проверки и обезжиривания трубопроводов технического воздуха» АПЛ «Курск» от 15 декабря 1999 года подписи членов корабельной комиссии и командира подводной лодки фальшивые. Из этого следует абсолютно достоверный вывод о том, что на «Kypcке» длительное время системы технического воздуха не эксплуатировались и не обезжиривались. За это время внутри трубопроводов технического воздуха скопились частицы пыли и органических масел, а в переносные воздушные шланги могли попасть мельчайшие частицы грязи, смазки и ворсинки ветоши. Таким образом, пополнение ВВД 11 августа 2000 года было выполнено неочищенным воздухом и в воздушный резервуар практической торпеды попала вся грязь из воздушных трубопроводов и шлангов, которая скопилась за долгие годы их бездействия.

В инструкции по обращению с перекисью водорода говорится, что при попадании в нее органических масел, металлической стружки и опилок, медных и свинцовых деталей, грязи, пыли и других предметов начинается бурный процесс разложения перекиси, который сопровождается большим выделением тепла и заканчивается взрывом.

11 августа 2000 года, после пополнения ВВД через грязные трубопроводы и шланги, не обезжиренный воздух из воздушного резервуара торпеды не мог попасть в резервуар окислителя. При нахождении практической торпеды 65-76 ПВ на стеллаже, запирающий воздушный клапан на ней закрыт, а на воздушном курковом кране установлены предохранительные устройства. Вот почему «толстая» торпеда вела себя смирно до тех пор, пока не началось ее приготовление к загрузке в торпедный аппарат № 4. Именно после загрузки в торпедный аппарат внутри торпеды началась неконтролируемая реакция разложения перекиси водорода, но не в самом резервуаре окислителя, а в пусковом баллоне окислителя, который находится внутри резервуара окислителя.

При приготовлении практической торпеды к загрузке в торпедный аппарат, на ней открывается запирающий воздушный клапан и снимается первая ступень предохранения воздушного куркового крана. При открытом воздушном запирающем клапане ВВД подается к воздушному курковому крану. В таком состоянии торпеда загружается в торпедный аппарат. В момент выстрела автоматически снимается вторая ступень предохранения воздушного куркового крана, и воздух высокого давления мгновенно подается на все исполнительные механизмы торпеды и в пусковые баллоны окислителя и горючего. Если на воздушном курковом кране курковый зацеп будет хотя бы чуть-чуть приподнят из-за недостаточной фиксации его устройством предохранения, после открытия воздушного запирающего клапана ВВД начнет поступать в воздушные трубопроводы торпеды и в пусковые баллоны топлива и окислителя. Такое поступление воздуха увидеть визуальным осмотром торпеды невозможно. Можно проверить только положение курка воздушного крана и фиксацию его предохранительным устройством. Перед загрузкой торпеды в торпедный аппарат именно такой контроль и должен осуществить личный состав торпедистов.

Заводская инструкция по эксплуатации перекисных торпед на АПЛ 949 А проекта в ультимативной форме требует от подводников после открытия воздушного запирающего клапана на торпеде, проверить положение курка на воздушном кране и состояние его предохранительного устройства. Только удостоверившись в том, что откидывающийся курок воздушного крана находится в исходном положении, разрешается заряжать торпеду в торпедный аппарат.

Папка с эксплуатационными инструкциями для перекисных торпед обгорела и чудом сохранилась после взрыва на борту АПЛ «Курск». Оказалось, что эти инструкции не относились к тем торпедам и торпедным аппаратам, которые были на борту «Курска». Они определяли порядок эксплуатации перекисных торпед и торпедных аппаратов не на АПЛ 949 А проекта, к которому принадлежала подводная лодка «Курск», а на атомной подводной лодке другого проекта. Модифицированные торпедные аппараты и перекисные торпеды К-141 «Курск» существенно отличаются от тех, на которые имелись эксплуатационные инструкции.

На 1-й флотилии до 1999 года перекисные торпеды на подводных лодках 949 А проекта не эксплуатировались, соответственно не были разработаны и корабельные инструкции для этих торпед. Бывший командир минно-торпедной боевой части К-141 «Курск» ранее проходил службу на одной из многоцелевых атомных подводных лодок, в боекомплекте которой имелись перекисные торпеды. При переходе его в экипаж «Курска», он взял с собой часть служебной документации торпедной боевой части многоцелевой АПЛ, в числе которой оказались и инструкции по эксплуатации перекисных торпед. На новом месте службы долгое время эти инструкции не требовались торпедистам. Они нужны были на различных проверках для предъявления проверяющим офицерам вышестоящих штабов в качестве доказательства того, что вся служебная документация минно-торпедной боевой части АПЛ «Курск» в наличии. С внутренним содержанием этих инструкций никто из офицеров многочисленных комиссий не решился ознакомиться. Непригодность этих инструкций должны были выявить офицеры штаба 7-й дивизии при приемке первой курсовой задачи, но этого не произошло.

При том отношении к профессиональной подготовке подводников-торпедистов, которое было в штабах 7-й дивизии, 1-й флотилии подводных лодок, минно-торпедном управлении Северного флота и управления ВМФ, обнаружить в торпедной боевой части АПЛ «Курск» посторонние инструкции ни один проверяющий офицер не мог.

Наступило 12 августа 2000 года, когда торпедистам «Курска» потребовались эти эксплуатационные инструкции для приготовления перекисной практической торпеды к стрельбе.

Подводники приготовили эту торпеду не так, как требовалось по заводской инструкции АПЛ 949 А, не так, как было написано в имеющейся технической документации на эту торпеду, а так, как были обучены это делать. Обучения этому типу торпед торпедисты «Курска» практически не проходили, поэтому подготовку к стрельбе торпеды 65-76 ПВ они провели как умели. Самое главное, что в тех инструкциях на перекисные торпеды, которые были в торпедной боевой части, не содержалось категорического предупреждения заводской инструкции АПЛ 949 А проекта о проверке положения куркового воздушного крана и устройства его стопорения после открытия запирающего воздушного клапана. Это привело к роковой ошибке торпедистов АПЛ «Курск».

Открыв на торпеде запирающий воздушный клапан и сняв первую ступень предохранения с куркового воздушного крана, торпедисты, вероятнее всего, не проверили состояние откидывающегося курка и его предохранительного устройства. Скорее всего, предохранительное устройство не полностью фиксировало курок, и он был чуть приподнят. В таком техническом состоянии перекисная практическая торпеда 65-76 ПВ была загружена в торпедный аппарат № 4. Это произошло ориентировочно между 9 и 10 часами 12 августа 2000 года.

В заводской инструкции по эксплуатации перекисных торпед 65-76 ПВ говорится, что после загрузки торпеды в торпедный аппарат ее можно не подключать к системе контроля окислителя при условии, что стрельба состоится не позднее трех часов с момента загрузки торпеды в трубу торпедного аппарата. Стрельба перекисными торпедами с подключенной системой контроля окислителя требует дополнительных переключений на пульте управления. Чтобы не забыть отключить СКО в момент стрельбы, подводники на учении никогда не подключали систему СКО к торпеде и заряжали ее в торпедный аппарат с таким расчетом, чтобы время нахождения торпеды без СКО не превышало допустимых пределов.

При инструктаже командиров подводных лодок, который проводился у командующего флотом 9 августа, было сказано, что перекисные торпеды нужно готовить не ранее 3-х часов до начала стрельбы. Упрощенчество боевой учебы в ВМФ привело к тому, что командиры подводных лодок всегда знали точное время выполнения учебных атак. Так было и в этот раз. Все командиры подводных лодок, которые принимали участие в торпедных стрельбах по ОБК, точно знали время своей стрельбы. Знал это время и командир «Курска» с торпедистами – с 11 часов 40 минут и до 13 часов 40 минут.

Размеры района и возможности гидроакустических средств АПЛ «Курск» позволяли подводной лодке легко обнаружить ОБК на подходе к району нахождения и выполнить учебную атаку дальнеходной торпедой 65-76 ПВ сразу же после входа ОБК в ее район. Это обстоятельство требовало от командира АПЛ полной готовности торпедного аппарата № 4 с торпедой 65-76 ПВ к стрельбе ориентировочно к 11 часам 25 минутам. Чтобы допустимое время нахождения перекисной торпеды в торпедном аппарате без подключения ее к системе контроля окислителя не превысило предельной величины, командир подводной лодки «Курск» должен был дать команду на загрузку торпеды в торпедный аппарат и приготовление его к стрельбе не ранее 9 часов и не позднее 10 часов 12 августа. Таким образом, торпеда 65-76 ПВ была загружена в ТА № 4 именно в это время. Но конструкция перекисной торпеды 65-76 ПВ такова, что даже с подключенной системой контроля окислителя невозможно узнать состояние окислителя в пусковом баллоне. СКО не контролирует окислитель пускового баллона, она контролирует окислитель только в резервуаре окислителя. Пусковой баллон с окислителем находится внутри резервуара окислителя. Такое устройство системы энергокомпонентов торпеды напоминает русскую матрешку — один баллон находится внутри другого. Перекись водорода из пускового баллона подается в камеру сгорания торпеды воздухом высокого давления, а из резервуара окислителя — насосом. Две независимые друг от друга системы подачи окислителя в камеру сгорания обеспечивают торпеде после выстрела устойчивое положение на траектории хода.

После загрузки перекисной торпеды в торпедный аппарат № 4 грязный воздух из воздушного баллона через неплотность куркового воздушного крана в малых объемах начал поступать в пусковые баллоны окислителя и горючего. Так как на трубопроводах пусковых энергокомпонентов стоят клапана, которые открываются только в момент выстрела торпеды, керосин и перекись водорода из пусковых баллонов не выдавливалась воздухом в камеру сгорания. В пусковом баллоне керосина начало медленно возрастать давление, а в пусковом баллоне окислителя из-за необезжиренного воздуха началось бурное разложение перекиси водорода с выделением тепла и быстрым нарастанием давления.

Именно в это время АПЛ «Курск» всплыла на перископную глубину и находилась в таком положении до момента первого взрыва. Почему К-141 оказалась на поверхности моря задолго до начала стрельбы?

Торпедная атака боевых надводных кораблей — сложный вид боевых действий подводных лодок, который требует от экипажа большого напряжения сил и профессионального мастерства. Корабельный боевой расчет (КБР) при подготовке к торпедной атаке должен выявить:

— боевой ордер кораблей противника,

— определить местоположение главной цели в ордере,

— параметры движения кораблей (курс, скорость, дистанцию),

— вывести подводную лодку в назначенную позицию стрельбы,

— произвести стрельбу,

— установить результаты стрельбы

— уклониться от контратак противника.

Труднее всего обнаружить противника, выявить его боевой ордер, главную цель и определить дистанцию до нее. Для получения этих данных требуется сложное маневрирование АПЛ и высокая тактическая подготовка экипажа. В мирное время командиры подводных лодок знают, что обнаружение атакующей подводной лодки условным противником реально ничем не угрожает ей, кроме как небольшим снижением общей оценки за боевое упражнение. Поэтому, на учениях в море для быстрого получения точных параметров движения кораблей «противника» командиры АПЛ применяют самый простой тактический прием времен Второй мировой войны:

— подводная лодка всплывает на перископную глубину,

— поднимает антенну радиолокационной станции (РЛС),

— включает режим излучения электромагнитной энергии и на экране РЛС, как на фотографии, появляется изображение ордера надводных кораблей, главная цель и дистанция.

Без какого-либо труда добываются все необходимые данные для стрельбы торпедами. В военное время использование РЛС или гидроакустической станции (ГАС) в активном режиме неминуемо приведет к обнаружению атакующей подводной лодки противником с непредсказуемыми последствиями для экипажа.

АПЛ «Курск» задолго до начала боевого упражнения всплыла на перископную глубину для того, чтобы случайно не пропустить боевые корабли и до входа их в район при помощи РЛС определить боевой ордер и дистанцию до них. Гидроакустики ТАРКР «Петр Великий» в 11 часов 20 минут зафиксировали активное излучение ГАС «Курска». В это время надводные корабли находились еще за районом АПЛ, но подводная лодка уже обнаружила их, и командир в этот раз принял решение определить дистанцию до кораблей с помощью активного тракта гидроакустической станции. В дальнейшем, после входа надводных кораблей в район стрельбы «Курск», командир подводной лодки обязательно использовал бы и РЛС.

Однозначно можно утверждать, что в 11 часов 20 минут командир АПЛ «Курск» дал команду торпедистам на окончательное приготовление торпедного аппарата № 4 к стрельбе.

Окончательное приготовление к стрельбе заключается в заполнении кольцевого зазора (пространство между внутренней поверхностью торпедного аппарата и корпусом торпеды) торпедного аппарата водой. Это происходит быстро. Таким образом, в 11 часов 28 минут, за несколько секунд до первого взрыва, торпедный аппарат № 4 был окончательно готов к стрельбе, заполнен водой, а задняя крышка закрыта на кремальерный замок.

Однако вернемся к практической торпеде 65-76 ПВ.

К 11 часам 28 минутам давление внутри пускового баллона окислителя достигло критического значения. Пусковой баллон не оборудован предохранительным клапаном сброса давления, поэтому энергия от разложения перекиси водорода в течение 1,5 - 2,5 часов накапливалась внутри баллона. В 11 часов 28 минут 32 секунды внутри резервуара окислителя торпеды 65-76 ПВ взорвался пусковой баллон окислителя. Сила взрыва окислителя в пусковом баллоне была эквивалентна взрыву 5-7 килограммов тротила. Этот локальный взрыв разрушил пусковой баллон с керосином и явился пусковым детонатором для мгновенного взрыва почти полутора тонн окислителя в резервуаре окислителя, керосина в резервуаре горючего и воздушного баллона под давлением 200 кг/ см2. Определено, что первый взрыв торпеды в торпедном аппарате № 4 по мощности был эквивалентен 150-200 килограммов тротила.

Взрыв разрушил переднюю и заднюю крышки торпедного аппарата № 4, корпус торпедного аппарата в межбортном пространстве и часть легкого корпуса с. различными корабельными системами в носу АПЛ. Прочный корпус подводной лодки и корпус торпедного аппарата внутри 1-го отсека выдержали силу этого взрыва и остались целы. В торпедном аппарате № 4 разрушились самые уязвимые места - задняя крышка с кремальерным замком, передняя крышка и корпус ТА вне прочного корпуса АПЛ.

В момент первого взрыва через разрушенную заднюю крышку торпедного аппарата № 4 в 1-й отсек распространилась ударная волна и начала поступать забортная вода. Давление во фронте ударной волны было порядка 5- 8 кг/ см2. Воздействие ударной волны на человека заключается в мгновенном сжатии его давлением со всех сторон. Это длится несколько долей секунды, и человек воспринимает такое сжатие, как резкий удар по всей поверхности тела. Давление во фронте ударной волны более 1кг /см2 приводит к тяжелым последствиям и смертельно для человека. Таким образом, после первого взрыва все подводники которые были в 1-ом отсеке погибли мгновенно.

Энергию ударной волны должна была погасить межотсечная переборка между первым и вторым отсеками. Эта переборка рассчитана на избыточное давление 10 кг/см2 и могла стать непреодолимой преградой на пути ударной волны. Но этого не случилось. Ее разрушительное и уничтожающее воздействие распространилось во 2-й отсек, где находился главный командный пункт управления подводной лодкой. Переборка 1-го отсека выдержала и ослабила силу ударной волны и во 2-й отсек она прошла существенно ослабленной. Но ее силы хватило на то, чтобы весь личный состав 2-го отсека получил тяжелые контузии и оказался в неработоспособном состоянии. Атомная подводная лодка «Курск» через 1-2 секунды после взрыва торпеды 65-76 ПВ оказалась неуправляемой.

Как могло такое произойти? Почему ударная волна проникла во 2-й отсек? Ведь в момент первого взрыва личный состав подводной лодки находился по местам боевой тревоги, и все отсеки должны были быть герметичны.

Конструкция самой современной атомной подводной лодки такова, что при залповой стрельбе торпедами (одновременная стрельба из нескольких торпедных аппаратов) для предотвращения повышения давления в 1-ом отсеке требуется открывать переборочные двери или переборочные захлопки системы вентиляции между 1-м и 2-м отсеками. Такая техническая операция приводит к разгерметизации отсеков подводной лодки в самый опасный момент стрельбы боевыми торпедами. Если учесть, что во 2-м отсеке АПЛ 949 А проекта находится главный командный пункт управления получается, что разгерметизация 1-го и 2-го отсеков приводит к угрозе поражения всей подводной лодки даже от незначительной нештатной ситуации в 1-ом отсеке. Того, кто готовил в ВМФ тактико-техническое заключение на этот проект подводной лодки, не интересовали проблемы ее живучести и непотопляемости, проблемы безопасности экипажа. Конструкторы подводной лодки спроектировали АПЛ 949 А проекта так, что ee живучесть в момент залповой торпедной стрельбы равняется нулю.

Экипаж «Курска» должен был стрелять по ОБК двумя практическими торпедами из двух торпедных аппаратов. В тактическом плане эти стрельбы не должны выполняться одновременно, но могла возникнуть такая ситуация, когда командир мог бы стрелять залпом из двух торпед. Поэтому торпедисты (или ГКП), учитывая требования заводских инструкций, перед началом практических стрельб открыли переборочные клапаны вентиляции между 1-м и 2-м отсеками. Через них ударная волна от взрыва торпеды 65-76 ПВ и попала во 2-ой отсек. На «самой надежной в мире» подводной лодке оказалась самая ненадежная система живучести и непотопляемости.

После взрыва торпеды в торпедном аппарате № 4 на подводной лодке сложилась следующая ситуация:

— подводники 1-го отсека погибли,

— во 2-ом отсеке моряки получили тяжелые контузии и были неработоспособны,

— в остальных отсеках моряки остались живы, но ничего не знали о том, что происходит на подводной лодке.

Офицеры главного командного пункта мгновенно были выведены из строя, и никто не успел дать сигнал аварийной тревоги и проинформировать личный состав в отсеках о характере аварии.

В 1-й отсек через трубу торпедного аппарата № 4 поступала забортная вода со скоростью 3 - 3,5 м3 в секунду. Через открытые переборочные клапаны вентиляции вода затапливала и 2-ой отсек. После взрыва сработала защита реакторов и турбин. АПЛ потеряла ход и двигалась по инерции. Произошло переключение электропитания от турбогенераторов на аккумуляторную батарею. Из-за поступления забортной воды подводная лодка приобрела отрицательную плавучесть, большой дифферентующий момент на нос и с перископного положения начала медленно погружаться под воду.

Теоретически в это время у живых подводников был еще шанс спасти подводную лодку и себя. Для этого надо было, чтобы кто-то из офицеров пульта управления главной энергетической установкой (ГЭУ) в 3-м отсеке дал команду на продувание цистерн главного балласта АПЛ воздухом высокого давления из 9-го отсека. Там имеется резервная система продувания балласта, но без команды из центрального поста ее никто не имеет права использовать. Центральный пост (главный командный пункт) был выведен из строя. На пульте ГЭУ имеется связь со всеми кормовыми отсеками и оттуда можно осуществлять руководство борьбой за живучесть АПЛ в случае необходимости. Но подобную аварийную ситуацию не предполагали и не отрабатывали ни на одной подводной лодке ВМФ. Подводники знали, что центральный пост может выйти из строя, и в этом случае АПЛ окажется без управления. В подобной ситуации управление подводной лодкой должно было осуществляться с резервного поста. Для перехода на резервный пункт управления требуется решение командира подводной лодки. На АПЛ «Курск» никто никаких решений не принимал и никакие команды в отсеки не поступали. Поэтому офицеры пульта ГЭУ не могли дать команду в 9-й отсек на продувание всего балласта.

Теоретически подводники после первого взрыва могли спастись, а практически все они были обречены. Подводная лодка погружалась все глубже и глубже. Через минуту после первого взрыва дифферент на нос достиг порядка 15-20 градусов. Через две минуты первый отсек был почти весь заполнен водой и дифферент достигал 30-35 градусов. До дна Баренцева моря подводной лодке оставалось пройти порядка 20-25 метров. Через 15 секунд АПЛ К-141 «Курск» на скорости около 3 узлов, с дифферентом на нос 40-42 градуса на глубине 108 метров столкнулась с грунтом. Носовая часть подводной лодки смялась, а трубы торпедных аппаратов разрушились. Чудовищной силы взрыв боевых торпед в торпедных аппаратах и на стеллажах 1-го отсека разорвал прочный корпус АПЛ и, как могучий пресс, спрессовал в одну бесформенную груду металла все оборудование с 1-го по 3-й отсеки и большую часть моряков-подводников. В момент второго взрыва подводная лодка получила большой крен. Крен на левый и правый борт достигал 60-65 градусов. Вот откуда появилась вмятина на правом борту подводной лодки. Это не «борозда от пера руля иностранной подводной лодки», это борозда от неровностей морского дна, или от собственного носового горизонтального руля правого борта. Подводная лодка несколько десятков метров бортами и носом «пахала» дно Баренцева моря. Расчеты показывают, что после столкновения с грунтом АПЛ «ползла» по дну около 30 метров, а не полкилометра, как говорят некоторые «специалисты» морского дела.

Носовая межотсечная переборка реакторного отсека, которая по прочности намного больше других переборок, остановила ударную волну от взрыва почти двух тонн тротила и погасила ее разрушающую силу. Подводники с 6-го по 9-й отсеки остались живы. Двадцати трем морякам кормовых отсеков еще при жизни выпал жребий испытать муки ада. Трудно представить себе, что творилось в кормовых отсеках после удара АПЛ о грунт и взрыва боевых торпед. Нечеловеческая сила разметала моряков по отсеку. Часть механизмов сорвало с фундаментов крепления, выключилось освещение. Вместо палубы под ногами оказались переборка или борт подводной лодки. В отсеки с оглушительным шумом поступали забортная вода, воздух высокого давления, гидравлика, пар. За несколько секунд современная атомная подводная лодка превратилась в груду металла, а боевая техника терзала, калечила и жгла живых подводников «Курска». Но оказалось, что это не самые страшные испытания из тех, что выпали на долю моряков кормовых отсеков. Еще более мучительные истязания души и тела ждали их в 9-ом отсеке, куда они собрались все вместе с надеждой на спасение. Израненные, обожженные и оглушенные, задыхающиеся от недостатка воздуха и замерзающие от ворвавшегося в 9-й отсек холода Баренцева моря двадцать три моряка ждали помощи от своих старших начальников.

Напрасно ждали. Начальники были всего в нескольких километрах от места катастрофы подводной лодки, но на помощь гибнувшему экипажу К-141 «Курск» не пришли. Они располагались в теплых и уютных кабинетах на берегу, в комфортабельных корабельных каютах в море и спасать подводников «Курска» не торопились. Когда пленники 9-го отсека это поняли, на самостоятельное спасение у них уже не хватило сил.

Официальное заключение судебно-медицинской экспертизы утверждает, что двадцать три подводника в 9 отсеке погибли между 19 и 22 часами 12 августа 2000 года. Для руководителей ВМФ и Северного флота такое заключение медиков является своего рода индульгенцией, снимающей с них все обвинения в несвоевременном начале поисково-спасательных действий в Баренцевом море и в неспособности оказания помощи гибнувшим морякам. Подводники «Курска» в 9 отсеке погибли 12 августа, а спасатели пришли в район катастрофы АПЛ около 9 часов 13 августа. Получается, что спасать кого-либо было уже поздно. Не могли спасти подводников и иностранные специалисты, даже если бы они прибыли в район катастрофы одновременно с нашими спасателями.

Предсмертную записку капитан-лейтенанта Д. Р. Колесникова спасатели обнаружили первой в октябре 2000 года. В ней сказано: «12.08.2000г. 15.15. Здесь темно писать, но на ощупь попробую. Шансов, похоже, нет, % - 10- 20. Будем надеяться, что хоть кто-нибудь прочитает. Здесь список личного состава отсеков, которые находятся в 9-м и будут пытаться выйти. Всем привет, отчаиваться не надо. Колесников».

Вторая записка фамилии того, кто ее написал, и времени ее написания не содержала. Автора этой записки установила почерковедческая экспертиза. Им оказался капитан-лейтенант С. В. Садиленко. Вот текст второй предсмертной записки: «В 9-м отсеке 23 человека. Самочувствие плохое. Ослаблены действием СО (угарный газ) при БЗЖ (борьба за живучесть). Давление в отсеке 0,6 кг/см2. Кончаются В-64 (регенеративные патроны для получения кислорода). При выходе на поверхность не выдержим компрессию. Не хватает брасовых ремней ИДА (индивидуальный дыхательный аппарат). Отсутствуют карабины на стопор — фале. Необходимо закрепить буй — вьюшку. Протянем еще не более суток». Эта записка написана на листе из какой - то книги, где имелся типографский текст. Строчки и слова в записке написаны ровно, параллельно книжным строчкам, на свободном от типографского текста месте. Однозначно, что капитан-лейтенант С. В. Садиленко писал записку при наличии в 9-ом отсеке какого-то освещения. Это мог быть аварийный аккумуляторный фонарь. В момент первого взрыва сработала защита ядерного реактора, турбин и турбогенератора. Электропитание в отсеки подавалось с аккумуляторной батареи. После второго взрыва аккумуляторная батарея была разрушена и в отсеках работало только аварийное освещение от переносных аккумуляторных фонарей. Оставшиеся в живых подводники ничего не знали о том, что произошло с АПЛ. Офицеры кормовых отсеков по аварийному телефону установили связь со всеми отсеками, где были люди, и приняли решение всем живым подводникам собраться в 9-ом отсеке, который являлся отсеком - убежищем с входным люком. Во время аварии при покидании своего отсека моряки должны выполнить ряд обязательных действий. В первую очередь, они обязаны взять с собой индивидуальные средства спасения и аварийный запас регенерации воздуха. Эти предметы имеют сравнительно большой вес, и только здоровый человек может их нести. Травмированные моряки «Курска» физически не могли тащить на себе несколько десятков килограммов груза, да и отыскать в темноте в труднодоступных местах отсека аварийный запас регенеративных патронов воздуха и спасательные гидрокомбинезоны подводника бывает довольно трудно. Если же приходиться покидать отсек быстро, то выполнить необходимый перечень обязательных действий просто невозможно. В кормовых отсеках аварийной АПЛ часть моряков была тяжело травмирована, часть - отравлена угарным газом, некоторым подводникам пришлось быстро покинуть отсек из-за угрозы его затопления. Таким образом, при переходе в 9-й отсек - убежище, не все подводники смогли взять свои индивидуальные средства спасения и дополнительные патроны регенерации воздуха. Возвращаться за ними из 9-го отсека уже никто не смог.

Собравшись в 9-ом отсеке, моряки при тусклом аварийном освещении оценили ситуацию. Они уже поняли, что на подводной лодке произошла чудовищная авария и в живых остались только обитатели 9-го отсека. Надо было принимать решение, что делать дальше. Отсечные часы 9-го отсека показывали время около 12 часов 12 августа 2000 года. Под руководством офицеров моряки осмотрели индивидуальные средства спасения, определили самочувствие каждого, кто был в 9-ом отсеке, составили список оставшихся в живых подводников и приняли решение самостоятельно не выходить из затонувшей АПЛ, а ждать помощи спасателей с берега. Именно в это время и была написана записка капитан-лейтенантом С. В. Садиленко.

Первоначально было принято решение не осуществлять самостоятельное спасение, потому что:

— офицеры знали, что АПЛ затонула вблизи главной базы, на глазах у всего командования Северного флота, на мелководье и аварийный сигнальный буй (АСБ), который автоматически должен всплыть, точно показывает место их нахождения. По их мнению, через считанные часы спасатели должны подойти к месту аварии и через АСБ установить связь с 9-м отсеком затонувшей АПЛ.

— самостоятельное спасение подводников без дополнительного водолазного снаряжения возможно до глубины 100 метров. АПЛ затонула на глубине 108 метров. Спасательный люк 9-го отсека находился на глубине порядка 95 - 97 метров. Это практически предельная глубина самостоятельного выхода и при ослабленном физическом состоянии многие подводники могли не выдержать избыточного давления.

— у части моряков 9-го отсека не было индивидуальных средств спасения, или они были разукомплектованы.

— сразу же после катастрофы АПЛ в 9-ом отсеке сложились относительно удовлетворительные условия жизнедеятельности. Отсек был герметичен, и в него не поступала забортная вода. Избыточное давление 0,6 кг/см2 допускало длительное нахождение людей без каких-либо последствий. Температура отсечного воздуха - около +15-18 градусов. Запасов регенерации воздуха хватало на сутки. За 24 часа, по мнению подводников, спасатели Северного флота должны были найти АПЛ и спасти живых моряков или передать в 9-й отсек необходимые средства жизнеобеспечения.

Вот поэтому, сразу же после катастрофы, живые подводники не планировали самостоятельный выход на поверхность. Они решили не выполнять трудоемких работ в 9-ом отсеке по подготовке спасательного устройства к самостоятельному выходу, экономить кислород и ждать помощи спасателей. Если через сутки помощь не придет, они будут выходить самостоятельно способом «пo-буйрепу». Обо всем этом написано в записке капитан-лейтенанта С. В. Садиленко.

К 15 часам 12 августа 2000 года обстановка в 9-ом отсеке серьезно изменилась в худшую сторону. Аварийные аккумуляторы разрядились, в отсеке наступила кромешная темнота. Температура воздуха понизилась до +4- 7 градусов, средства регенерации воздуха не обеспечивали поддержание в отсеке необходимого процентного содержания кислорода.

Парциальное давление кислорода и углекислого газа достигло критического уровня, а испарения технического масла и дизельного топлива, что вылилось в трюм 9-го отсека из масляных и топливных цистерн, еще больше ухудшало состояние отсечного воздуха. Физическое состояние многих подводников ухудшилось, и они поняли, что в таких условиях они не продержатся сутки. Более трех часов подводники не ощущали никаких признаков присутствия спасателей в районе катастрофы подводной лодки. Они ведь не знали о том, что АСБ не всплыл на поверхность, а руководители Северного флота не могли понять того, что произошло с К-141 «Курск» целых 12 часов. Надо было принимать решение на самостоятельный выход.

Выход можно было осуществить способом затопления отсека, потому что выходить способом автоматического шлюзования спасательного люка они не могли по двум причинам:

1) подводники более трех часов находились под повышенным давлением 0,6 кг/см2. Это время больше, чем допустимое при выходе способом свободного всплытия.

2) любой подводник при автоматическом выравнивании давления в спасательном люке (компрессии), мог потерять сознание и застрять в спасательном устройстве. В этом случае освободить спасательный люк было бы практически невозможно.

Таким образом, единственным способом выхода был способ затопления 9-го отсека. Надо было наполовину затопить 9-й отсек забортной водой, воздухом сравнять давление в отсеке с забортным давлением и после этого по буйрепу выходить на поверхность. Моряки понимали, что не все из них могут выдержать такое испытание. Те, у кого не было спасательных гидрокомбинезонов вообще не могли рассчитывать на спасение. Шансов на спасение у большинства подводников 9-го отсека было мало, но надо было попытаться вырваться из стального корпуса мертвой подводной лодки.

Тот, кто сохранил больше физических и моральных сил, имел больше шансов на спасение. По-видимому, капитан-лейтенант Д. Р. Колесников был одним из тех, кто сумел сохранить выдержку, самообладание и силы для самостоятельного выхода на поверхность. Поэтому ему был передан список фамилий моряков, которые были в 9-ом отсеке. Перед тем, как предпринять опасную попытку самоспасения, капитан-лейтенант Д. Р. Колесников в полной темноте написал свою предсмертную записку. Подпись под этой запиской стояла «Колесников», но она была от имени всех 23 моряков-подводников 9-го отсека (конечно, это касается только служебного текста записки). Записка Д. Р. Колесникова напоминает короткое прощальное письмо, где говорится о том, что подводники до конца будут бороться за свою жизнь, а там как кому повезет. Не повезло никому из 23 человек, потому что все они погибли еще до того, как попытались осуществить самостоятельное спасение.

Вот как это произошло. Чтобы подготовить 9-й отсек к затоплению и обеспечению выхода, морякам требовалось выполнить в отсеке и в спасательном люке ряд трудоемких и сложных работ. Нужно было открыть нижнюю крышку спасательного люка, установить отсечный трап и тубус на спасательный люк, открыть кремальеру, отжать и зафиксировать защелку верхней крышки спасательного люка, приготовить систему подачи воздуха высокого давления, буй-вьюшку, систему затопления отсека. Всем подводникам необходимо было одеться в гидрокомбинезоны, с верхней палубы специальным ключом открыть клапан затопления отсека, специальным ключом открыть клапан подачи воздуха высокого давления в отсек и выровнять давление в отсеке с забортным давлением. Далее, затопить спасательный люк, открыть верхнюю крышку, закрепить буй-вьюшку и только после всех этих манипуляций можно было начинать по очереди выход на поверхность. Выполнение всех технических операций требовало от моряков-подводников больших физических сил, умения и времени. Если учесть, что все это нужно было сделать в полной темноте, в физически и морально ослабленном состоянии, при недостатке кислорода, становится ясно, почему шансы на спасение у моряков АПЛ «Курск» были малы. Тяжелые работы при низком процентном содержании кислорода в отсеке выполнить невозможно.

Первое, с чего подводники начали подготовку к выходу, это с увеличения в 9-ом отсеке содержания кислорода. Пополнить кислород в отсеке можно было единственным способом - установить из банок В-64 дополнительные регенеративные кислородосодержащие пластины. Специальные установки РДУ (регенеративные двухярусные установки), куда в аварийных случаях вставляются пластины регенерации, были заполнены еще раньше. Дополнительные средства регенерации можно было только развесить в открытом виде в безопасных местах 9-го отсека. Дело в том, что регенеративные пластины очень опасны в эксплуатации и при случайном попадании на них органических масел или топлива мгновенно происходит их возгорание. Температура горения пластин достигает тысячи градусов, и потушить огонь практически невозможно, так как горящее вещество генерирует кислород.

После удара АПЛ о грунт и взрыва боевых торпед в трюм 9-го отсека из масляных и топливных цистерн вылилось масло и дизельное топливо. Все механизмы, переборки 9-го отсека были покрыты маслянистой пленкой. При размещении в отсеке дополнительных пластин регенерации, на одну из них по какой-то причине попало масло или топливо. Это вызвало пожар в 9-ом отсеке, потушить который подводники уже не могли. Для этого у них не было ни сил, ни противопожарных средств. Мгновенно отсек наполнился смертельной концентрацией окиси углерода (угарным газом). Один — два вдоха отсечного воздуха было достаточно для того, чтобы моряки потеряли сознание. Никто из 23 подводников 9-го отсека не успел даже включиться в индивидуальные дыхательные аппараты. После подъема АПЛ на поверхность большинство погибших подводников находилось на верхней палубе без средств защиты органов дыхания.

Моряки погибли практически одновременно. В этот миг корабельные часы показывали ориентировочно 15 часов 40 минут - 16 часов 00 минут московского времени. Это произошло 12 августа 2000 года. Капитан-лейтенант Д. Р. Колесников написал свою записку в 15 часов 15 минут. После этого моряки приступили к подготовке выхода, но не смогли выполнить ни одной требуемой технической операции в отсеке и спасательном люке. Пожар в 9-ом отсеке был недолгим и прекратился сам собой после быстрого снижения кислорода в отсечном воздухе.

Если бы подводники начали самостоятельное спасение  и не ждал бы помощи  с берега, и, может быть, кто-то из них и вышел бы на поверхность. Но что их ждало на поверхности моря в этом случае? Смерть! Подводники «Курска» спаслись бы от удушливой смерти, но умерли бы от переохлаждения организма. При температуре воды Баренцева моря +4- 5 градусов человек в гидрокомбинезоне без подогрева может продержаться в ней 10 - 12 часов. Руководители Северного флота объявили поисковые действия на флоте через 12 часов после катастрофы, а первый корабль прибыл в точку гибели АПЛ через 17 часов. Что бы он там обнаружил? Оранжевый «круг смерти» из сцепившихся друг с другом погибших подводников. Такой «круг смерти» мы уже видели во время гибели АПЛ К-278 «Комсомолец» в Норвежском море.

Был ли шанс, на спасение в той ситуации, в какой оказались подводники 9-го отсека АПЛ «Курск»? Ответ однозначный - да был, но при условии, что все подводники, кто мог выходить на поверхность способом автоматического шлюзования спасательного люка, начали бы выход сразу же после катастрофы АПЛ, а руководители Северного флота объявили бы аварийную тревогу по флоту не позднее 15 часов 00 минут 12 августа 2000 года. В этом случае подводников, всплывших на поверхность Баренцева моря, подобрали бы боевые надводные корабли, которые находились рядом с затонувшей подводной лодкой. Других вариантов спасения у подводников АПЛ «Курск» не было.

Спасение

12 августа 2000 года (суббота). Баренцево море

11 часов 30 минут. На атомном ракетном крейсере «Петр Великий» гидроакустики по пеленгу 96 градусов обнаружили сильный акустический сигнал, похожий на подводный взрыв. В это же время моряки ощутили содрогание корпуса корабля. Об этих явлениях доложено на главный командный пункт, где находился командующий Северным флотом со своим штабом. Командир атомного крейсера объяснил причину содрогания корпуса корабля вибрацией антенны станции воздушного наблюдения. На доклад гидроакустиков никто из должностных лиц флота своего внимания не обратил.

11 часов 37 минут. Отряд боевых кораблей (ОБК) вошел в район нахождения К-141 «Курск».

12 часов 30 минут. Командующий Северным флотом на корабельном вертолете убыл в штаб флота в город Североморск. Руководство учениями передано начальнику управления боевой подготовки флота.

13 часов 40 минут. Истекло назначенное время выполнения учебных атак АПЛ «Курск». На надводных кораблях торпедной атаки никто не наблюдал. Подводная лодка на поверхность не всплыла, радиодонесения от нее не получено.

14 часов 15 минут. ОБК покинул район «Курска» и направился обеспечивать торпедные стрельбы других подводных лодок. ТАРКР «Петр Великий» вышел из ордера ОБК и маневрируя на восточной кромке района К-141 «Курск», стал ожидать всплытия подводной лодки на поверхность.

14 часов 40 минут. С борта ТАРКР «Петр Великий» на АПЛ «Курск» взрывными источниками звука подан сигнал на экстренное всплытие. Подводная лодка на поверхность не всплыла. Об этом доложено командующему флотом. С командного пункта флота руководителю учений передано решение командующего флотом искать радиопозывные АПЛ в радиосетях флота.

17 часов 30 минут. Оперативный дежурный Северного флота дал команду перевести спасательное судно «М. Рудницкий» из 4-х часовой готовности в готовность к выходу в море 1 час.

18 часов 30 минут. На командном пункте Северного флота развернут поисково-спасательный пост.

19 часов 00 минут. В район К-141 «Курск» на поиск подводной лодки вылетели самолеты морской авиации Северного флота.

22 часа 00 минут. Самолеты возвратились на аэродром, подводная лодка «Курск» не обнаружена.

23 часа 30 минут. На Северном флоте объявлена аварийная тревога в связи с аварией на атомной подводной лодке. К-141 «Курск» объявлена аварийной подводной лодкой.

23 часа 40 минут. Боевые надводные корабли прекратили учение в море, вошли в район нахождения «Курска» и начали ее поиск.

13 августа (воскресенье)

00 часов 30 минут. Спасательное судно «М. Рудницкий» вышло в море в связи с аварией АПЛ «Курск». На борту находятся начальник управления поисковых аварийно-спасательных работ флота и командир бригады спасательных судов. Судно имеет два автономных подводных спасательных аппарата АС-32 и АС-34.

04 часов 50 минут. ТАРКР «Петр Великий» в точке с координатами 69° 36,8’сев. широты и 37° 34,7? вост. долготы эхолотом обнаружил две аномалии морского дна. Об этом доложено в штаб флота, начат осмотр поверхности моря в районе аномалий.

09 часов 00 минут. Судно «М. Рудницкий» прибыло в точку предполагаемого нахождения на грунте двух неопознанных объектов.

10 часов 00 минут. Спасательное судно «М. Рудницкий» встало на якорь рядом с неопознанными объектами. Спасатели с по¬мощью гидроакустических средств связи передали запросный сигнал на аварийную гидроакустическую станцию российских АПЛ МГС-30. В автоматическом режиме получен ответ от МГС-30. Пеленг на подводную излучающую станцию не зафиксирован, дистанция до работающей станции определена автоматически — 1 800 метров.

10 часов 30 минут. Спасательное судно «М. Рудницкий» сня¬лось с якоря для уменьшения дистанции до работающей станции МГС-30. Во время постановки и съемки с якоря акустики СС «М. Рудницкий» зафиксировали подводные стуки, похожие на сигналы SOS. Об этом доложено на командный пункт ТАРКР «Петр Великий», где находилось командование Северного флота. После проведенного анализа обнаруженных стуков, начальник поисковых аварийно-спасательных работ флота сделал вывод, что эти стуки происходят от ударов якорь-цепи о якорный клюз. Результаты анализа стуков переданы на КП ТАРКР «Петр Великий».

11 часов 30 минут. На СС «М. Рудницкий» начата подготовка к спуску под воду автономного спасательного аппарата АС-34.

17 часов 30 минут. АС-34 начал погружение под воду для обследования подводного объекта.

17 часов 40 минут. Спасательный буксир СБ ?523 в районе аварии АПЛ «Курск» обнаружил большую медузу по расцветке похожую на буй красно-белого цвета. Об этом доложено на КП ТАРКР «Петр Великий».

18 часов 30 минут. АС-34 аварийно всплыл в надводное положение. На глубине 100 метров на скорости хода 2 узла аппарат столкнулся с подводным объектом. Во время столкновения через иллюминатор спасатели увидели гребные винты и кормовой стабилизатор подводной лодки. На КП ТАРКР «Петр Великий» руководитель спасательной операции классифицировал обнаруженный АС-34 подводный объект, как атомная подводная лодка К-141 «Курск». Второй подводный объект, обнаруженный ТАРКР "Петр Великий«- внезапно исчез. Во время подводного столкновения АС-34 получил повреждения двигательной установки. Начат ремонт аппарата АС-34 и подготовка к спуску аппарата АС-32.

22 часов 40 минут. АС-32 начал погружение под воду для обследования АПЛ «Курск». Метеоусловия в районе спасательной операции: видимость - полная, ветер- 3- 4 м/сек., море - 1 - 2 балла, температура воды - +4°.

14 августа (понедельник)

01 час 10 минут. АС-32 всплыл в надводное положение. Затонувшую подводную лодку «Курск» не обнаружил из-за неправильно заданной глубины погружения руководителем поисковых работ. Со спасательного судна «М. Рудницкий» по звукоподводной связи пытаются установить связь с подводниками АПЛ «Курск». На вызов получен сигнал, похожий на слово «SOS». После уточнения ответного сигнала руководитель спасательных работ сделал вывод о том, что ответный сигнал - биологический шум моря. Об этом доложено на КП ТАРКР «Петр Великий».

04 часа 20 минут. Закончен ремонт АС-34, аппарат готов к спуску на воду.

05 часов 00 минут. АС- 34 начал погружение под воду.

06 часов 50 минут. АС-34 обнаружил затонувшую АПЛ «Курск». Командир аппарата дважды пытался посадить аппарат на комингс-площадку спасательного люка 9-го отсека. Из-за низкой плотности аккумуляторной батареи аппарата стыковки со спасательным устройством АПЛ не произошло.

07 часов 55 минут. АС- 34 всплыл в надводное положение, поднят на борт СС «М. Рудницкий» для зарядки аккумуляторной батареи.

16 часов 00 минут. В районе проведения спасательных работ начали ухудшаться погодные условия. Ветер усилился до 10- 12 м/ сек., море- 3-4 балла, видимость - 50 кабельтовых (9км), низкая облачность. Прекращены спасательные работы по погодным условиям.

20 часов 00 минут. В районе проведения спасательных работ объявлена штормовая готовность № 2. Ветер усилился до 15- 17м/сек., море - 3-4 балла. Руководитель спасательной операции - командующий Северным флотом принял решение доставить с берега в район проведения спасательных работ автономный подводный спасательный аппарат АС-36. Из-за отсутствия корабельного носителя этого аппарата, доставку осуществить плавучим подъемным краном ПК-7500.

15 августа (вторник)

19 часов 00 минут. Погода в районе катастрофы АПЛ «Курск» улучшилась. Ветер - 8 - 10 баллов, море - 2 балла, сильная зыбь. Начата подготовка АС-34 к спуску на воду.

20 часов 00 минут. АС- 34 спущен на воду. Из-за отсутствия на грузовой стреле спасательного судна «М. Рудницкий» стальных оттяжек и пневмокранцев у борта, при спуске АС-34 на аппарате выведен из строя гирокомпас и обтекатель гидроакустической станции наведения.

21 час 10 минут. АС-34 начал погружение под воду. Из-за неисправности на аппарате станции обнаружения подводных объектов наведение спасательного аппарата на затонувшую АПЛ, осуществляется со спасательного судна «М. Рудницкий». В связи с погодными условиями плавучий кран ПК-7500 не может прибыть в район проведения спасательных работ. Принято решение выгрузить АС-36 с плавкрана в прибрежной бухте и далее буксировать АС-36 к месту проведения работ спасательным буксиром.

16 августа (среда)

00 часов 20 минут. АС-34 обнаружил затонувшую АПЛ «Курск». Командир аппарата дважды осуществил посадку аппарата на комингс-площадку спасательного люка АПЛ, стыковки не произошло — не осушается переходная камера спасательного аппарата.

00 часов 40 минут. АС-34 всплыл в надводное положение. Во время подъема аппарата на борт СС «М. Рудницкий» аппарат получил большие повреждения двигательной установки, перископа, гребных винтов.

03 часа 50 минут. Начат демонтаж двигательной установки АС-32 для ремонта АС-34. Спасательные работы прекращены из-за отсутствия подводных спасательных аппаратов.

17 августа (четверг)

09 часов 30 минут. Из прибрежной бухты спасательный буксир СБ-523 начал буксировку подводного спасательного аппарата АС-36. На спасательное судно «М. Рудницкий» из Санкт-Петербурга прибыл бывший командир спасательного подводного аппарата АС-34 и начал подготовку аппарата к спасательным работам.

12 часов 00 минут. Командующий Северного флота произвел доклад в Главный штаб ВМФ о состоянии затонувшей подводной лодки. По его мнению, на борту АПЛ никакого взрыва не было, нос подводной лодки и торпедные аппараты целые. Предположительно между 1-м и 2-м отсеком с правого борта имеется пробоина от какого-то внешнего воздействия.

16 часов 00 минут. Устранены неисправности аппарата АС-34, начата подготовка его к спуску на воду.

17 часов 30 минут. Под руководством бывшего командира спасательного аппарата АС-34 погрузился под воду.

18 часов 40 минут. АС-34 обнаружил затонувшую АПЛ «Курск», начал маневрирование для посадки на комингсплощад¬ку спасательного люка 9-го отсека.

18 часов 50 минут. Из-за неправильно установленной буксирной скобы на спасательном буксире СБ-523 оборвался буксирный трос АС-36. Начата заводка нового буксирного троса.

19 часов 20 минут. На АС-36 заведен новый буксир, продолжена его буксировка к месту проведения спасательных работ.

20 часов 50 минут. Командир АС-34 осуществил шесть посадок на комингс-площадку спасательного люка АПЛ «Курск». Из-за невозможности осушения переходной камеры спасательного аппарата стыковки не произошло. Руководитель спасательных работ сделал вывод о том, что стыковка аппарата невозможна из-за повреждения комингс-площадки и спасательного люка АПЛ. Командир спасательного аппарата АС-34 визуально не наблюдал никаких повреждений спасательного устройства 9-го отсека. Командующий Северным флотом доложил в Главный штаб ВМФ о повреждениях комингс-площадки и спасательного люка АПЛ «Курск». АС-34 всплыл в надводное положение, поднят на борт СС «М. Рудницкий».

23 часа 20 минут. К борту СС «М. Рудницкий» пришвартовался спасательный аппарат АС-36. Во время буксировки подводный спасательный аппарат получил повреждения антенны станции наведения, общесудовой гидравлики, эхолота, клапана вентиляции левой балластной цистерны, аккумуляторной батареи. Начат ремонт АС-36.

18 августа (пятница)

08 часов 08 минут. Заместитель начальника Главного технического управления ВМФ доложил в Главный штаб ВМФ о том, что неэффективная работа АС-34 на корпусе затонувшей АПЛ «Курск» объясняется неудовлетворительным состоянием аккумуляторной батареи аппарата.

10 часов 00 минут. Устранены неисправности аппарата АС-36. Начата подготовка его к спуску на воду.

10 часов 30 минут. Во время спуска АС-36 на воду крышка аккумуляторной батареи оказалась не закрытой. Аппарат поднят на борт СС «М. Рудницкий» для устранения неисправности.

11 часов 00 минут. Устранена неисправность АС-36. Аппарат спущен на воду.

11 часов 15 минут. АС-36 начал погружение под воду.

11 часов 30 минут. АС-36 аварийно всплыл в надводное положение из-за поступления забортной воды во внутрь прочного корпуса через неисправный клапан системы замещения балласта.

12 часов 00 минут. АС-36 поднят на борт СС «М. Рудницкий» для устранения неисправности.

22 часа 30 минут. Подготовлен к работам под водой АС-34. Начат спуск его на воду.

22 часа 50 минут. АС-34 начал погружение под воду. Из-за неисправности станции обнаружения подводных объектов наведение аппарата осуществляется с СС «М. Рудницкий».

23 часа 50 минут. АС-34 всплыл в надводное положение. Затонувшей подводной лодки не обнаружил из-за неправильного наведения с СС «М. Рудницкий». АС-34 поднят на борт спасательного судна.

19 августа (суббота)

12 часов 00 минут. Начальник кораблестроительного управления ВМФ доложил в Главный штаб ВМФ о том, что по уточненным данным на АПЛ «Курск» имеются большие разрушения носовой части корпуса и торпедных аппаратов.

13 часов 10 минут. Устранены неисправности на АС-36. Аппарат спущен на воду.

13 часов 40 минут. АС-36 начал погружение под воду.

15 часов 40 минут. АС-36 обнаружил затонувшую АПЛ «Курск». Командир аппарата начал маневрирование для посадки на комингсплощадку спасательного устройства АПЛ.

17 часов 50 минут. АС-36 осуществил четыре посадки на комингс-площадку спасательного люка 9-го отсека АПЛ. Стыковки не произошло из-за малой плотности аккумуляторной батареи и сильного подводного течения. На КП руководитель спасательной операции сделал вывод о том, что неэффективная работа АС-36 подтверждает ранее сделанные предположения о повреждениях комингс-площадки и спасательного люка АПЛ «Курск».

18 часов 00 минут. АС-36 всплыл в надводное положение и поднят на борт спасательного судна.

20 часов 00 минут. Приготовлен к спуску под воду АС-34. На аппарате имеется неисправность станции обнаружения подводных объектов.

20 часов 15 минут. АС-34 погрузился под воду. Наведение аппарата на затонувшую АПЛ осуществляется с ТАРКР «Петр Великий».

21 часов 50 минут. В район катастрофы АПЛ «Курск» прибыло норвежское спасательное судно «Нормонд Пионер» с норвежскими водолазами на борту.

22 часа 50 минут. АС-34 всплыл в надводное положение. Затонувшую подводную лодку не обнаружил из-за неправильного наведения с ТАРКР «Петр Великий». Аппарату требуется ремонт двигательной установки. Двигатель не набирает обороты из-за малого давления масла и гидравлика.

20 августа (воскресенье)

06 часов 30 минут. Спасательное судно «М. Рудницкий» снялось с якоря, чтобы освободить место над затонувшей АПЛ норвежскому спасательному судну.

08 часов 00 минут. В район катастрофы АПЛ прибыло норвежское спасательное судно «Сивей Игл» с норвежскими и aнглийскими водолазами. На борту «Сивей Игл» находится aнглийский подводный спасательный аппарат LR-5.

10 часов 00 минут. С борта «Сивей Игл» спущен телевизионный автономный подводный аппарат для обследования корпуса затонувшей АПЛ «Курск».

13 часов 15 минут. Телевизионный подводный аппарат закончил обследование корпуса затонувшей АПЛ и поднят на бoрт «Сивей Игл».

14 часов 30 минут. Английский подводный спасательный аппарат LR-5 готов к работам под водой.

15 часов 20 минут. С судна «Норман Пионер» на борт затонувшей АПЛ «Курск» спущены три норвежских водолаза для обследования спасательного люка 9-го отсека АПЛ и установления связи с подводниками «Курска».

15 часов 40 минут. Английский военно-морской атташе в России сообщил руководству ВМФ о том, что российские спасатели не проинформировали английских спасателей о том, что на АПЛ «Курск» повреждена комингс-площадка спасательного люка. По утверждению английского военно-морского атташе, спасательный аппарат LR-S имеет специальные приспособления, которые позволяют ему эффективно работать даже на поврежденной комингс-площадке. Английские спасатели готовы оказать помощь в проникновении в 9-й отсек «сухим способом».

22 часов 40 минут. Группа норвежских водолазов корабельным вертолетом вылетела с норвежского спасательного судна в поселок Видяево для изучения устройства спасательного люка на однотипной с АПЛ «Курск» подводной лодке.

21 августа (понедельник)

00 часов 30 минут. Три норвежских водолаза закончили работу на корпусе затонувшей АПЛ «Курск» и начали подъем на поверхность. Признаков наличия живых подводников в отсеках затонувшей АПЛ не обнаружено.

06 часов 00 минут. Группа норвежских водолазов закончила изучение устройства спасательного люка на однотипной с АПЛ «Курск» подводной лодке в поселке Видяево и убыла на вертолете на «Нормонд Пионер».

07 часов 00 минут. Норвежские водолазы начали спуск на корпус затонувшей АПЛ для открытия спасательного люка 9-го отсека.

08 часов 55 минут. Норвежские водолазы открыли верхнюю крышку спасательного люка 9-го отсека. Внутри люка погибших подводников нет. Начаты работы по подготовке открытия нижней крышки спасательного люка.

12 часов 25 минут. Норвежские водолазы открыли нижнюю крышку спасательного люка. Девятый отсек затоплен водой, живых подводников в нем нет. Командующий Северным флотом доложил в Главный штаб ВМФ о гибели всего экипажа АПЛ К-141 «Курск».

22 августа (вторник)

08 часов 00 минут. На всех кораблях и судах Северного флота приспущены корабельные флаги в связи с гибелью экипажа атомной подводной лодки К-141 «Курск».

23 августа (среда)

19 часов 50 минут. АС-34 погрузился под воду для обследования корпуса АПЛ «Курск». Наведение аппарата на затонувшую АПЛ осуществляется с ТАРКР «Петр Великий».

23 часа 00 минут. АС-34 всплыл в надводное положение. Командующий Северного флота объявил об окончании спасательных работ в районе гибели АПЛ «Курск».

24 августа (четверг)

19 часов 00 минут. На спасательном судне «М. Рудницкий» в кают-компанию офицеров выдано 0,8 кг деликатесных консервов «Печень трески в собственном соку». Спасатели начали просмотр художественных видеофильмов.

25 августа (пятница)

14 часов 00 минут. Спасательное судно. «М. Рудницкий» снялось с якоря и начало переход из района катастрофы АПЛ «Курск» в базу города Североморск.

23 часа 55 минут. Спасательное судно «М. Рудницкий» ошвартовалось у пирса № 2 города Североморска. Оперативный дежурный флота установил судну готовность к выходу в море 4 часа.

Более подробно в книге Вице-адмирала Рязанцева Валерия Дмитриевича «В кильватерном строю за смертью».

avtonomka.org

Tags: ,

Эта статья была опубликована: Пятница, августа 13, 2010 в 21:32 в категории Россия. Вы можете читать любые ответы через RSS 2.0 feed. You can leave a response, or trackback from your own site.

One Response for "Курск. Как это было. Спасение"

Евгений

Всё это, конечно, похоже на правду, но откуда на «Курске» пробоина справа по борту с вогнутыми внутрь краями?

Ваш комментарий

Имя (*)
email (*)
вебсайт
Комментарий
Перед отправкой формы:
Human test by Not Captcha