Пути развития жизни 10

Автор: admin   
марта 28,
2010

Картины Зденека Буриана.

Мамонт


Мамонт (ELEPHAS PRIMIGENIUS) — самый известный и самый характерный представитель плейстоценовой фауны. Мамонт был гигантским представителем хоботных; на территории Европы он достигал в высоту 3,5 м. Его тело было покрыто длинной густой шерстью, которая вместе с толстым слоем подкожного жира предохраняла его от сурового климата ледникового периода. Благодаря необыкновенно сильному развитию изогнутых и своими концами внутрь направленных бивней, голова мамонта была очень большой — крупнее, чем у современных слонов. Бивни представляют два видоизмененных верхних резца. Коренные зубы мамонта, в количестве только четырех, были большие и высокие, уши маленькие и покрытые шерстью. На спине мамонта был большой горб, скорее всего жировой, из запасов которого мамонт питался в то время года, когда снежный покров жестокой зимы покрывал скудную растительность тундр и степей. Хвост у мамонта был короткий и также поросший густой шерстью; точно так же и его хобот. Конец хобота отличался от конца хобота ныне живущих слонов: верхняя губа была развита сильно и напоминала пальцевидный отросток, а нижняя ушную мочку.

Мамонт был типичным обитателем тундр и степей. По содержанию желудка одного трупа мамонта, найденного в мерзлой почве Сибири, можно было установить, что мамонт питался ветвями различных хвойных, ив, берез и ольх, а также различными степными растениями.

Область распространения мамонтов — современников первобытного человека — была очень большой. За исключением Иберийского и Балканского полуостровов они населяли территорию всей Европы: отсюда они затем распространились через северную Азию также в Северную Америку по перешейку, некогда соединявшему оба континента. Поэтому находки остатков мамонтов известны из многих стран. В Чехословакии находками костей мамонтов прославилась, главным образом, Моравия, с ее главными местонахождениями Пршедмости близ Пршерова и Долни Вестонице близ Микулова. В мерзлой почве Сибири костных остатков мамонтов так много, что они представляют здесь даже предмет промысла. Изредка здесь находят даже целые трупы мамонтов. Целые скелеты мамонтов можно видеть во многих больших музеях. Однако мировым уникумом может похвастаться Зоологический Музей Академии Наук СССР в Ленинграде, обладающий чучелом мамонта, найденного в 1907 году в Сибири, в Якутской области на берегу речки Березовки.

Шерстистый носорог

Постоянным верным спутником мамонта, этого самого типичного представителя фауны ледникового периода, был крупный, поросший густой шерстью носорог COELODONTA ANTIQUITATIS — обитатель холодных тундр и степей. Этот носорог достигал 1,6 м в высоту и примерно 3,5 м в длину. На черепе носорога помещались два расположенных друг за другом рога, из которых передний у старых самцов достигал длины до 1 м и был очень сильным. Эти рога служили носорогу не только прекрасным средством защиты от нападений хищников, но также и орудием нападения. Остатки шерстистых носорогов известны с давних пор. Интересно, что сибиряки, согласно свидетельству Пфиценмайра, считали их за остатки огромной сказочной птицы «Нога». Помимо этого до недавнего времени сибиряки усиленно разыскивали остатки этих животных, так как китайцы рассматривали их как хорошее лекарство и платили за них большие деньги. Пища шерстистых носорогов была одинаковой с пищей мамонтов. Между зубами сибирских трупов были обнаружены остатки пищи, главным образом, остатки веточек хвойных и листьев ив. Эти растения составляли главную пищу носорогов зимою, в то время как летом, когда тундра или степи не были покрыты снеговым покровом, они питались различными травами и злаками.

Ясное представление о внешнем виде шерстистых носорогов мы имеем не только на основании многочисленных находок их скелетов во многих европейских странах, но также на основании находок трупов, обнаруженных в мерзлой почве и льдах Сибири, в соленых глинах Старуни в Галиции. Кроме того изображения, сделанные плейстоценовыми художниками, часто прекрасно выполненные (точно так же как и рисунки мамонтов), наглядно показывают нам наружный вид этих интересных животных. Так же как мамонт, шерстистый носорог был современником человека. Человек на него охотился и его мясо употреблял в пищу. Однако не всегда первобытный охотник вступал в открытый бой с этим животным, он прибегал на охоте на него к различным охотничьим хитростям.

Большерогий олень

Большерогий олень (CERVUS MEGACEROS) бесспорно является самым красивым оленем, который когда-либо жил на Земле. Он жил в плейстоцене и был распространен по всей Европе и по прилегающим к ней областям. Голова этого сильного и тяжелого животного была увенчана прекрасными рогами, расстояние между концами которых достигало 3 м. Так как рога большерогого оленя немного напоминают рога современной лани, прежде этого оленя принимали за лань и ошибочно назвали «гигантской ланью». Большерогий олень предпочитал широкие открытые равнины, покрытые травою и кустарником; из-за огромных размеров своих рогов олень избегал леса.
В европейском плейстоцене жило несколько рас этих оленей-гигантов. Если мы проследим развитие их рогов, то увидим, что с течением времени их рога становятся все больше и массивнее и что их верхний конец все более и более принимает форму лопаты, а количество отростков рогов непрестанно увеличивается. Наиболее заметному изменению подвергся так наз. глазной отросток, который у геологически самой молодой расы (CERVUS MEGACEROS HIBERNICUS) был ложкообразно расширен или вилкообразно раздвоен. Вес рогов, украшавших только головы самцов, доходил до 37 кг.

Граница распространения большерогого оленя доходила на юге до северной Италии и южной Франции, на западе до Ирландии; на севере она проходила через Данию до Сибири, где были обнаружены прекрасно сохранившиеся кости, а на востоке до Алтая. Однако повсюду большерогий олень относился к числу более редких животных.

Большерогий олень был современником человека. Однако первобытные охотники мало охотились на этого зверя. Об этом свидетельствует редкость нахождения костей этого зверя в кухонных отбросах древнего охотника. Жаль, очень жаль, что это великолепное животное полностью вымерло.

Эогиппус

Нам уже известна как общая история разлития всего живого на Земле, так и история развития отдельных групп или типов животных. И если в настоящее время еще не выяснены все подробности, а также причины развития, палеонтологи уже проделали большую работу в этом направлении, подтвердив многие свои положения убедительными доказательствами. Прекрасным примером достижений палеонтологии является выяснение истории развития лошади — этого благородного животного и помощника человека. Развитие лошади началось приблизительно 50 миллионов лет тому назад в Северной Америке. Оно подтверждено эволюционным рядом: EOHIPPUS — OROHIPPUS, EPIHIPPUS — МIOHI-PPUS — PARAHIPPUS — MERYCHIPPUS — PLIOHIPPUS — настоящая лощадь (Equus), который является наглядным примером единства организмов с окружающей их средой, доказательством того, что каждое изменение среды вызывает целый ряд изменений у организмов, позволяющих им жить в новой, изменившейся обстановке. В начале истории развития лошади это был прежде всего переход от жизни среди болотистого ландшафта к жизни в более сухом степном ландшафте и связанная с этим переходом перемена в пище от мягких и сочных болотных растений к твердым и сухим степным. Некоторые звенья этого североамериканского эволюционного ряда лошадей мы сейчас представим нашим читателям.

Родоначальником североамериканского ряда лошадей является небольшая лошадка из рода EOHIPPUS, которая жила в болотистых местах в лесах раннего эоцена. Размерами она не превышала лисицу. Па короткой шее сидела маленькая головка, а туловище животного с выпуклым хребтом имело сравнительно длинные конечности, из которых передние были пятипалыми, а задние трехпалыми. Из пяти пальцев передних конечностей только на четырех были маленькие копытца, пятый (большой) палец был недоразвит, он был немного приподнят и уже не касался земли. Точно также на задних конечностях только три пальца имели копытца. Два боковых пальца были уже давно редуцированы; они представляли маленькие косточки, расположенные высоко па задней стороне ноги; скрытые под кожей они были почти незаметны. В маленьких челюстях сидело еще 44 зуба. Коренные зубы были маленькие, с низкой коронкой; они были хорошо приспособлены для перетирания мягкой и сочной растительной пищи. Локтевые и берцовые кости, которые в процессе филогенетического развития лошади все более и более редуцировались, у эогпппуса были еще развиты. Маленькие эогиппусы были самыми древними известным]! настоящими лошадками. Начиная с них мы можем проследить без перерывов ряд их потомков вплоть до современной лошади. Нам известно около 10 различных видов эогиппусов, высота которых у самых маленьких (EOHIPPUS INDEX) в холке достигала 25 см, а у самых больших (EOHIPPUS RESARTUS) около 51 см.

Орогиппус

Первым потомком эогиппуса в североамериканском ряду лошадей был OROHIPPUS. Он жил в среднем эоцене, однако вел несколько иной образ жизни и обитал в других местах, чем эогиппус. Остатки орогиппуса были найдены в области теперешнего Бриджерского бассейна в штате Вайоминг. Своим внешним видом орогиппус еще весьма походил на эогиппуса и мало отличался от него своими размерами. OROHIPPUS OSBORNIANUS достигал в холке всего лишь 38 см. Длина, его черепа не превышала длину черепа собаки, но он уже имел ясно выраженные лошадиные черты, с той только разницей, что орбиты находились ближе впереди. Передние конечности были четырехпалыми.

Пястные и плюсневые кости были более сильно развиты у среднего пальца, чем у боковых. На задних ногах оба боковых пальца, которые у эогиппуса были редуцированы до размеров маленьких косточек, у орогиппуса уже полностью отсутствовали. Хребет оставался слегка изогнутым. Наиболее существенная перемена произошла в зубах. Она выразилась в том, что верхние предкоренные зубы (третий и, главным образом, четвертый) начали принимать вид коренных зубов; характерная для эогиппусов трехгранная форма зубов начала превращаться в четырехгранную.

OROHIPPUS жил в болотистых местностях с множеством озер и богатой растительностью; местами здесь образовывались торфяники, превратившиеся затем в залежи бурого угля. Местность пересекало множество рек, очень богатых рыбой; ею были также богаты озера, изобиловавшие крокодилами; здесь же жили различные болотные черепахи. К болотам примыкали области более сухих степей, поросших кустарниками. Эти степи представляли места обитания орогиппусов и гигантских наземных черепах. Таким образом, орогиппус жил уже не в болотистых лесах, как его предшественник эогиппус, а предпочитал более сухие местности, поросшие травой и кустарником. В сходных условиях жил в позднем эоцене потомок орогиппуса — древняя лошадка EPIHIPPUS.

Мезогиппус

Прошли многие тысячи лет. Изменились времена, изменился и ландшафт. Там, где прежде были болота, простирались травянистые равнины. По берегам рек, от времени до времени затоплявших окрестности, росли пышные вязы и многочисленные кустарники, в то время как на сухой почве травянистых степей росли только колючие кустарники. Девственные леса с болотами и топями отсутствовали совершенно. Примерно так выглядел ландшафт в районе Малых Бедлендов в теперешнем штате Небраска и в районе Больших Бедлендов в теперешней Южной Дакоте, когда светило солнце раннего миоцена. Эти бескрайние травянистые равнины стали родиной лошадок из рода MESOHIPPUS, которых уже нельзя назвать первобытными лошадьми, так как они стоят в начале второго раздела североамериканского ряда лошадей, ведущего прямо к современной лошади.

В раннем олигоцене мезогиппусы жили на территории современной Небраски и Южной Дакоты большими табунами. Они были величиною с современных волков и распадались на несколько видов. Передние и задние ноги мезогиппусов были трехпалыми; средний (третий) палец был заметно крупнее и длиннее обоих боковых и больше, чем они; он воспринимал вес животного. Коренные зубы мезогиппусов, так же как у их предшественников, были лишены цемента и явно свидетельствовали о том, что животные уже исключительно питались растительной пищей, что не всегда имело место у их предшественников. Бесспорно, что мезогиппусы по сравнению с эогиппусами представляют более высокую ступень развития. Это развитие проявилось прежде всего в резком изменении формы всех верхних предкоренных зубов, которые приобрели форму коренных зубов, а также в превращении конечностей, которые стали еще более приспособленными к бегу по твердой сухой почве. Мезогиппусы передвигались уже быстрым бегом и рысью — способом, который в совершенстве был развит современными лошадьми. Этот способ передвижения также является результатом изменений обстановки жизни, которая из первоначальных болотистых лесов, располагавшихся у подножий гор, превратилась в обширные равнины, покрытые травой. Самым распространенным видом был MESOHIPPUS BAIRDII, высота которого в холке достигала 60 см.

В позднем олигоцене мезогиппуса сменил MIOHIPPUS, непосредственным потомком которого в раннем миоцене был PARAHIPPUS. Изменения зубов и конечностей у этих лошадок были еще сильнее. У парагиппуса, обитавшего на всех травянистых равнинах, начиная от теперешнего штата Монтана и до штата Техас, добавилось ' еще то, что на коронках и на внешней стороне зубов у него впервые появился цемент.

Мерикгиппус

Уже в конце раннего миоцена из парагиппусов возник другой представитель североамериканского ряда лошадей — MERYCHIPPUS. Он жил в миоцене, начиная с его середины, и в плиоцене на территории штата Небраска (Сев. Америка). Сравнивая MERYCHIPPUS с его предками, мы видим определенный прогресс в его развитии. Прежде всего этот прогресс выразился в строении зубов (цемент у него развит сильнее, коронки постоянных зубов стали выше) и конечностей (локтевые и лучевые кости, а также малая берцовая и большая берцовая кости передают в миниатюре строение тех же костей у современной лошади; боковые пальцы были настолько подняты, что их копытца перестали касаться земли). На границе раннего и среднего миоцена имел место пышный расцвет этих древних трехпалых лошадей, размеры которых колебались между размерами теленка и осла. Нам известно около 25 видов этих животных. Из них MERYCHIPPUS PRIMUS является с точки зрения развития наиболее важной формой и представляет не только переходное звено к позднемиоценовому виду MERICHIPPUS PANIENSIS, но он дал также начало двум самостоятельным эволюционным ветвям, из которых одна привела к возникновению рода HIPPARION и родственных ему типов, известных нам из позднего миоцена и плиоцена Сев. Америки, Азии, Африки и Европы, а вторая ветвь привела к возникновению позднемио-ценового рода PROTOHIPPUS, далее плиоценового рода PLIOHIPPUS и затем непосредственно к роду EQUUS (лошади). Наряду с североамериканским центром развития лошадей существовал также и другой центр — в Европе, не получивший, однако, такого значения, как американский центр. Первые европейские представители древних лошадей появились (точно так же и в Сев. Америке) в раннем эоцене; последний член европейского ряда лошадей вымер уже в раннем олигоцене.

Таким образом, для происхождения лошади (EQUUS) имеет значение лишь североамериканский эволюционный ряд, так как представители этого ряда, начав с примитивной раннеэоценовой карликовой лошадки EOHIPPUS, прошли целый ряд постепенных изменений, все время совершенствовались и специализировались и дали окончательную форму — современную лошадь (EQUUS). Итак, колыбелью лошадей следует считать Сев. Америку, где также протекало их главное развитие. По невыясненным причинам в конце плейстоцена лошади в Америке полностью вымерли. Когда в конце XV столетия первые европейцы прибыли в Сев. Америку, лошадей там не было; также и у туземцев не было названия для этого животного. Тогда Старый свет сделал Новому свету драгоценный подарок: лошадь. Он дал ему животное, которое когда-то возникло на нем, в течение сотен тысячелетий здесь развивалось и, затем, достигнув совершенства, перешло по тогда еще существовавшему перешейку в Азию и, далее, в Европу. Здесь лошади развивались дальше и отсюда много позже, чем в Америке погибли их последние родичи, они снова вернулись к себе на родину, чтобы также и здесь стать друзьями и помощниками человека.

Махайрод

В более раннее время четвертичного периода (в плейстоцене) в Европе жил крупный хищник, пожалуй, наилучшим образом вооруженный для нанесения смертельных ран другим животным. Это был MACHAIRODUS. Он относился к семейству кошачьих (FELIDAE), однако не к настоящим кошкам (FELINE), к которым принадлежат лев и тигр и с которыми у него было много общего, а к вымершей группе саблезубых MACHAIRODONTINAE. Хотя у этих двух ветвей кошачьих хищников и были общие предки, их филогенетическое развитие с самого начала протекало совершенно независимо. В то время, как у настоящих кошек верхние клыки в процессе эволюции уменьшались, у саблезубых хищников они, наоборот, увеличивались и достигли самых больших размеров у плейстоценового MACHAIRODUS LATIDENS. Его клыки, изогнутые наподобие сабли, слегка уплощенные и заостренные на заднем конце, достигали в длину более 14 см; при этом корни клыков так далеко проникали в верхнюю челюсть, что почти достигали верхнего края орбит. Эти смертоносные орудия торчали из закрытой пасти животного. Однако для того чтобы можно было ими пользоваться, пасть необходимо было раскрывать как можно шире; это было возможно благодаря особого рода соединению нижней челюсти с черепом.

Историю развития этих древних саблезубых хищников мы можем проследить в Европе, Азии и Сев. Америке вплоть до более позднего третичного времени, к каковому относится их расцвет. К началу плейстоцена они достигли наивысшей степени специализации, вскоре после чего полностью вымерли. Одним из наиболее древних плейстоценовых типов является MACHAIRODUS ZWIERZYCKII, скелетные остатки которого были найдены на острове Ява в слоях, в которых были также обнаружены остатки яванского обезьяночеловека (PITHECANTHROPUS ERECTUS). Это является неоспоримым доказательством того, что этот обезьяно-человек, живший приблизительно 600 000 лет тому назад, не раз в ужасе убегал от этого хищника, спасая свою жизнь.

Не может быть сомнения в том, что эти саблезубые хищники наводили страх и ужас на все живое, где бы они ни появились. Махайроды охотились главным образом на газелей, антилоп, а также на вымерших к настоящему времени трехпалых лошадей из рода HIPPARION, хотя по мнению некоторых палеонтологов они не останавливались также перед нападением на крупных хоботных и носорогов.

Смилодон

В Северной и Южной Америке также жили саблезубые хищники. Историю их развития мы можем проследить вплоть до раннетретичного периода. Наиболее известным американским саблезубым хищником является плейстоценовый SMILODON, полностью сохранившиеся скелеты которого были найдены в Калифорнии и в Аргентине. Особенного внимания заслуживает калифорнийское местонахождение близ Ранчо ла Бреа, недалеко от города Лос-Анджелос. В плейстоцене здесь находилось большое озеро. Звери и птицы из окружавших озеро степей устремлялись к нему, чтобы утолить жажду и очень часто здесь погибали, увязнув в клейкой асфальтовой массе, окаймлявшей берега озера. В буквальном смысле слова они здесь влипали и становились таким образом легкой добычей многочисленных хищников, в том числе и смилодонов.

Однако более старые, более опытные смилодоны (SMILODON CALIFORNICUS) остерегались такой добычи, так как знали, какую опасность таит в себе липкий асфальт: он и для них мог оказаться смертельным. Поэтому скелеты смилодонов в этом местонахождении принадлежат почти исключительно молодым неопытным животным, которые, прельстясь легкой добычей, погибали вместе с ней. Такая участь постигла также смилодона, изображенного на нашей картине. Он опрометью бросился на молодого первобытного слона из рода ARCHI-DISCODON, который, идя на водопой, увяз в асфальтовом озерке. Аргентинский SMILODON NEOGAENUS, скелеты которого в большом количестве встречаются в плейстоценовых глинах обширных пампасов, были виновниками уничтожения многих крупных южноамериканских млекопитающих, в особенности неполнозубых. Аргентинский вид (как и все остальные американские представители смилодонов) возник на территории Сев. Америки, но впоследствии, после образования перешейка между обоими американскими континентами, он проник также в Южную Америку и принес смерть многим обитавшим здесь зверям.

Пещерный медведь

Самым могучим хищником европейского плейстоцена был пещерный медведь (URSUS SPELAEUS). Своими размерами он на одну треть превосходил своего теперешнего родственника — бурого медведя (URSUS ARCTOS). Передняя половина тела пещерного медведя была более сильно развита и выше задней. Профиль черепа пещерного медведя от такого бурого медведя прежде всего отличается круто спадающим лбом. Пещерный медведь не был ни настоящим хищником, ни всеядным животным — основную его пищу составляли растения; этим он отличался от своих плотоядных предков. Он предпочитал мягкие, а также твердые растения и плоды, о чем свидетельствует значительная степень стачивания зубов. Медведицы рожали от одного до двух медвежат; для рождения они выбирали удобные участки пещер, в первую очередь такие, где из трещин в известняковых стенах, пробивался источник чистой воды. Близость воды была необходима медведице, так, как кормя детенышей, она не могла надолго отлучаться от берлоги, а вода была ей необходима для восстановления сил и пополнения водой истощенного организма.

Также и пещерный медведь был современником человека. Он играл большую роль в жизни неандертальского человека (Номо PRIMIGENIUS), так как был главным предметом его охоты. Поэтому нет ничего удивительного в том, что пещерный медведь стал источником самых древних охотничьих магических культов, так называемых медвежьих культов, бесспорные следы которых были недавно обнаружены в некоторых альпийских пещерах. В более позднее время пещерный медведь также являлся предметом охоты первобытных ОХОТНИКОВ (HOMO SAPIENS FOSSILIs). В европейских пещерах кости пещерных медведей встречаются в большом количестве. Некоторые пещеры Моравии и Словакии получили благодаря этим находкам всемирную известность. Вряд ли можно сомневаться в том, что некоторые сказки о драконах и гидрах возникли под впечатлением находок старых костей и черепов пещерных медведей, зловеще торчавших из стен в темных лабиринтах пещер. Точно так же в некоторых научных трудах средневековья неправильно описываются и изображаются черепа и кости пещерных медведей под видом остатков «драконов». Таким образом мы видим, что рассказы о сказочных чудовищах могли иметь различные источники.

Использованы материалы:

zburian.narod.ru

evolbiol.ru

Tags:

Эта статья была опубликована: Воскресенье, марта 28, 2010 в 15:55 в категории Пути развития жизни. Вы можете читать любые ответы через RSS 2.0 feed. You can leave a response, or trackback from your own site.

Ваш комментарий

Имя (*)
email (*)
вебсайт
Комментарий
Перед отправкой формы:
Human test by Not Captcha